Но как только я вошла внутрь, увидела двух вооруженных мужчин. Я даже ничего не успела предпринять, как один из них схватил меня крепко за руку и крикнул «бежим». Он вытащил меня из банка и поволок за собой, пригрозив убить. Я не помню, куда и как мы бежали, свернув за какой-то дом, я увидела лошадей. Мы подбежали к ним, мужчины вскочили на них, а мне пригрозили, если кому-либо расскажу, то убьют меня, – тут Мэри расплакалась. Она рассказала эту историю, так что даже я поверил. Какой актерский талант пропадает. – Вот почему я не поехала с тобой, Джон? – Мэри посмотрела на меня. – Ведь если б я поехала с тобой, этого бы с нами не произошло.

– Но как же… – вскрикнул обвинитель. – Вы сами дали показания, что это он был в банке. Вы указали на него при задержании около вашего дома.

– Я сказала всего лишь, что он мой парень, – мгновенно окрысилась Мэри. Остальное меня заставили подписать в полиции. Теперь мне бояться нечего, ибо я в суде. Я говорю всю правду, чтоб все это слышали.

Вот это поворот событий. Присяжные начали перешептываться друг с другом.

– Обвинитель. У меня теперь к вам много вопросов, как и к тем, кто расследовал это дело, – рявкнул зло судья. – Я буду вынужден сообщить об этом в департамент, чтоб провели проверку по данному случаю.

Обвинитель стоял и кусал губы от злости, его лицо было багровым, он понимал, что дело разваливается на глазах.

– Может, вам нужно еще время для подготовки? – с издевкой произнёс судья. – Или у вас еще есть какие-либо свидетели?

– Нет, ваша честь, – обвинитель стоял и мотал головой в стороны. – Возможно, на свидетелей было оказано давление, поскольку на стадии следствия они все указывали именно на подсудимого.

– Кем было оказано давление? Подсудимым, в то время как он находился под стражей? – со злостью произнес судья. – Да и как они на него указывали, если они только здесь его увидели? Или я неправильно понял?

На слова судьи обвинитель ничего не ответил, лишь опустил глаза в пол.

Я смотрел на сложившуюся картину и не мог понять происходящего. Со свидетелями, давшими свои показания, у меня более-менее в голове все складывалась, что здесь не обошлось без помощи Димы-грека. Насчет Мэри тоже были некоторые подозрения, но вот почему судья так относился ко мне, будто защищая, наседая на обвинителя, мне было непонятно. Ведь не мог же Дима-грек повлиять и на него.

– У суда к вам, мисс Тейлор, больше нет вопросов. Можете быть свободны.

– Уведите свидетеля, – прошипел обвинитель.

К Мэри подошли двое полицейских, которые ее и привели в зал, тихонько взяв под руки, направились к выходу.

– Прости меня, Джон, – выкрикнула Мэри, повернув голову в мою сторону. Я было рванутся к ней, но тут же меня конвоиры схватили под руки. – Я люблю тебя, Джон, – продолжала выкрикивать Мэри.