На большинстве из них был молодой дядя Коля, точно такой, как сейчас он стоял передо мной, но на паре фото он был рядом с красивой девушкой, своей сестрой, погибшей смертью храбрых зимой 1941 года.

Ее долгие годы считали пропавшей без вести, и только в 1965 году дядя Коля смог установить судьбу сестры, совершенно случайно прочитав в газете статью, посвященную 20-летию Победы, с воспоминаниями ветерана, в которых он описывал подвиг военфельдшера Татьяны Сазоновой, бросившейся со связкой гранат под немецкий танк, прорвавшийся к палаткам медсанбата, и тем спасшей всех от неминуемой гибели. Еще несколько лет потребовалось на то, чтобы сестру дяди Коли наградили орденом Красного Знамени посмертно. А сейчас Татьяна, та самая девушка, которая мне очень понравилась, стояла рядом со своим братом живая и здоровая и с тревогой смотрела на меня.

Видимо, я сильно изменился в лице, потому что она, всунув свою поклажу в руки брата, слегка обалдевшего от вида моего моментально побледневшего лица, бросилась ко мне.

— Михаил! Что с вами?! Вам плохо?!

И столько тревоги и заботы было в ее голосе, что я невольно подумал, что хотел бы, чтобы это мгновение длилось вечно. Внезапно пришло осознание того, что я ОБЯЗАН сделать все, чтобы Татьяна избежала своей судьбы. Я НЕ ХОЧУ ЕЕ ТЕРЯТЬ!!! С этого момента моя война началась!

— Все в порядке, Таня. Не волнуйтесь. Просто вдруг что-то голова закружилась. — Я встал со скамьи и, пытаясь перебороть сковавший горло комок, чуть слышно произнес: — Здравствуйте, Николай Александрович!

А в глазах стояли слезы. Слезы от того, что вижу живым, здоровым и молодым самого дорогого для меня человека.

— Ты меня знаешь? Мы где-то встречались? — удивленно поинтересовался Татьянин брат.

— Знаю. Нет не встречались. Ответьте на один вопрос: вы уже написали рапорт на своего начальника?"

"Про рапорт, который спас его, дядя Коля рассказывал мне там, в будущем. Зашел у нас как-то разговор про репрессии. Вот он и рассказал, как приехали арестовывать его начальника, да всех заодно и прихватили как соучастников, так как никто не докладывал о контрреволюционной деятельности уже бывшего начальника районного управления НКВД. Тогда-то дядя Коля и поведал о давно написанном рапорте, спрятанном под тяжелым сейфом, который не было возможности отправить. Усилиями нескольких человек сейф сдвинули, нашли запечатанный пакет, вскрыли, а там в рапорте — подпись и дата. Так и удалось избежать ареста.

— Откуда ты узнал про рапорт? Я его буквально только что написал…

С обалдевшего лица можно было писать картину.

— Я даже знаю, что сейчас этот рапорт лежит под сейфом.

— Но откуда?! — Николай почти кричал.

Я посмотрел на всех троих и, вздохнув, ответил:

— Ты мне об этом рассказывал. Через много-много лет.