А я пока чай заварю.

Так мы и просидели несколько часов, беседуя. Федор Тимофеевич рассказывал о городе, об окрестных лесах и их богатствах, о рыбалке и исподволь нет-нет да и задавал какой-нибудь вопрос, надеясь, что смог заболтать меня, и я, расслабившись, о чем-нибудь проговорюсь. Прямо не сторож, а дознаватель. Или чекист. Поймав себя на этой мысли, я стал повнимательнее присматриваться к собеседнику. Интересный все-таки дядька.

Отвлек нас от разговора стрекот мотоциклетного мотора. К скамейке, на которую мы перебрались из душной комнатушки, лихо подъехал мотоцикл довольно архаичного вида, за рулем которого сидел человек в форме НКВД, а за его спиной, держа в одной руке бидончик и узелок, а другой обнимая за талию водителя, сидела Татьяна. Водитель двухколесного древнего монстра стянул с лица не менее древнего вида мотоциклетные очки, и я понял, что этому человеку солгать я не смогу.

Передо мной стоял Николай Александрович Сазонов, полковник КГБ в отставке, мой сосед на протяжении 25 лет с 1980 по 2005 год, когда мы с соседями провожали его в последний путь, а за его гробом несли больше десятка подушечек с боевыми наградами (не боевые, юбилейные он называл висюльками и давно уже раздарил соседским мальчишкам, и большая их часть была у меня). Он был тем человеком, благодаря которому я стал тем, кто я есть. Именно он с 10-летнего возраста воспитывал меня, фактически заменив мне отца и мать. Своих детей у дяди Коли никогда не было, и он свой нерастраченный отцовский инстинкт использовал на мое воспитание.

Да, я рос, как говорят в моем времени, в неблагополучной семье. Родители толком никогда нигде не работали, и вся их энергия уходила на поиск очередной бутылки. Не знаю, как сложилась бы моя судьба, если бы не дядя Коля. Он заставлял меня учиться в школе и проверял, как я сделал домашние задания, он ходил вместо моих родителей на школьные собрания, он провожал меня в армию и встречал после (родители, по-моему, даже не заметили моего двухлетнего отсутствия), он приезжал ко мне в часть на Присягу, он буквально силком заставил меня поступить в институт и успешно окончить его.

Прошедший всю войну на передовой, он был для меня непререкаемым авторитетом. Я как-то спросил дядю Колю, почему он приехал жить в наш маленький провинциальный городишко, на что он ответил, что здесь прошли его молодые годы, тут он хотел бы и остаться навеки, когда придет его час. Да и по долгу службы слишком многим он оттоптал мозоли в Москве и в Питере.

С самого раннего возраста моим любимым занятием было рассматривать альбомы со старыми фотографиями и слушать рассказы отставного полковника. И тут меня прошиб холодный пот. Я вспомнил те самые фотографии.