Параллельно шла прокладка трансмиссии — главного вала, который должен был идти через все цеха, и от которого через ременные или шестеренчатые передачи должны были приводиться в движение станки и механизмы. Вал сделали составным, из толстых дубовых бревен, окованных железом. Опоры под него — тоже дубовые, с чугунными подшипниками. А вот с ремнями и шкивами пришлось повозиться. Кожу для ремней достали с трудом, она была разной толщины и выделки, постоянно рвалась. Шкивы вытачивали из дерева, но они быстро изнашивались. Пришлось разрабатывать технологию отливки чугунных шкивов — тоже целая история.

Над всей этой механикой мы бились вместе с немцем Крамерсом и моими лучшими слесарями — Иваном и Семеном. Спорили до хрипоты о диаметрах шкивов, о натяжении ремней, о смазке подшипников. Крамерс, со своим европейским опытом, часто предлагал дельные вещи, но иногда его «орднунг» вступал в противоречие с суровой реальностью наших материалов и возможностей. Приходилось искать компромиссы, изобретать что-то на ходу.

И вот, наконец, все было готово. Плотина стояла (даже не спрашивайте сколько трудов понадобилось на это), канал подводил воду к колесу.

Еще на этапе проектирования я особо настоял на надежной системе управления потоком. Ведь мало просто крутить колесо — нужно еще и управлять его мощностью, то есть регулировать расход воды, а то и совсем поток перекрывать по разным причинам, например, для обслуживания самого колеса или трансмиссии. К счастью, для нашего наливного колеса, где вода из подводящего канала льется на лопасти с верхней точки и практически без избыточного давления, все решалось относительно просто — достаточно было установить в водяной желоб перед колесом прочную, хорошо подогнанную регулируемую заслонку. Это, конечно, не деривационная система, где потребовался бы уже напорный коллектор или труба, способная выдерживать давление в одну-две атмосферы, а то и больше. Там бы и задвижка понадобилась специальная, герметичная, да и все стыки пришлось бы тщательно уплотнять, не говоря уже о герметичном кожухе для самого колеса с уплотнением выводного вала, организацией подвода и отвода воды под давлением… Нет, для первого образцового завода мы пошли по пути пусть и менее эффективному, зато более простому и надежному в текущих условиях. Само колесо висело на оси, а от него тянулся через стену в механический цех главный трансмиссионный вал со шкивами. Оставалось только поднять ту самую заслонку в канале и пустить воду на лопасти."

"Момент был торжественный. На берегу собрался чуть ли не весь завод — от Шлаттера и офицеров до простых работяг и моих учеников. Все смотрели на огромное, пока неподвижное колесо с замиранием сердца.