Падение Нарвы, ставшее наглядной демонстрацией возросшей русской мощи, усилило опасения Англии по поводу русского доминирования на Балтике. Лондон, опасающийся появления нового сильного морского игрока, становился более сговорчивым в вопросах негласной поддержки шведских усилий. Финансовые вливания потекли в шведскую казну, а английские агенты получили указание содействовать шведам в поиске «нейтральных» специалистов, способных «ненавязчиво» навредить русским промышленным проектам.

Таким образом, уже существовавшая стратегия получила более острое обоснование и дополнительный импульс.

Инсценировка «несчастных случаев» на Охтинском заводе, основанная на знании уязвимостей русского производства (во многом почерпнутых из дневника Смирнова и проанализированных Польхемом), должна была стать еще более изощренной. Ведь речь шла о том, чтобы заставить Петра I сомневаться, выиграть время для собственного технологического рывка, необходимого для военного реванша. Каждая «случайная» поломка на русском заводе, и «неудачный» эксперимент Смирнова должен был давать шведским инженерам и промышленникам драгоценные месяцы для создания оружия, способного вернуть Швеции утраченные позиции. "

"В кабинетах Королевского дворца кипела невидимая работа. Граф Пипер, несмотря на внешнее спокойствие, чувствовал, как нарастает давление. Отсутствующий король Карл XII требовал побед, а не объяснений поражений. Народ роптал из-за тягот войны. А тут еще этот русский царь со своими непредсказуемыми реформами и внезапными технологическими прорывами. Необходимо было действовать быстро, точно и, главное, скрытно.

Шведская агентурная сеть в Московии, и без того одна из самых эффективных в Европе, получила новые, детальные инструкции. В центре внимания — Охтинский завод и лично Петр Смирнов. Дневник русского мастерового стал своего рода дорожной картой для диверсантов. Польхем, обладая уникальным инженерным чутьем, мог с высокой точностью предсказать, где именно в производственной цепочке Смирнова возникнут проблемы, какие материалы окажутся наиболее уязвимыми, какие эксперименты с наибольшей вероятностью приведут к аварии, если им «немного помочь».

Уже в самом начале, как был получен дневник, удалось провернуть первое дельце. Смирнов в своих записях подробно описывал трудности с получением качественного огнеупорного кирпича для плавильных печей и свои опасения по поводу их прочности при высоких температурах. Это стало прямым указанием для шведских агентов: подкуп должностных лиц, отвечающих за поставку материалов, мог привести к тому, что на завод попадет партия заведомо некачественного кирпича.