— Многие компьютеры в Эрудиции соединены с компьютерами других фракций для доступа к их данным. Вот почему Джанин не составило труда запустить атаку моделирования с компьютера Бесстрашных.

— Что? — спрашивает Кристина. — То есть, вы можете просто прогуляться по данным каждой фракции, стоит только захотеть?

— Невозможно «прогуляться по данным», — повторяет молодой человек. — Это нелогично.

— Это метафора, — поясняет Кристина и морщится, — Правда?

— Метафора или просто фигура речи? — уточняет он и тоже хмурится. — Или это метафора определенной категории под названием ""фигура речи""?

— Фернандо, — одергивает его Кара.

 — Соберись.

Он кивает.

— Дело в том, — продолжает Кара. — Что сеть передачи данных существует, пусть это и неэтично, но в данный момент может оказаться нам на руку. Есть возможность получить доступ к данным других фракций, но можно не только получать, но и передавать данные. Если мы отправим данные, которые вы ищите, в любую другую фракцию, то спасем их, обезопасив от возможного уничтожения.

— Когда ты говоришь «мы», — начинаю я. — Ты гарантируешь, что…

— Что мы пойдем с вами? — перебивает она.

 — Очевидно, не все мы пойдем, но некоторые из нас обязательно. Или вы рассчитываете самостоятельно сориентироваться в штабе Эрудитов?

— Вы должны осознавать, что, идя с нами, рискуете жизнью, — замечает Кристина. Она улыбается. — И никто не будет с вами нянчиться только потому, что вы не хотите разбить очки или что-то в этом роде.

Кара снимает очки и переламывает их пополам.

— Мы рисковали жизнью, убегая от своей фракции, — напоминает девушка. — И мы рискнем еще, чтобы уберечь нашу фракцию от самой себя.

— Кроме того, — раздается тихий голос за Карой.

Это девочка не старше десяти-одиннадцати лет ростом Каре по локоть. Черные волосы, такие же короткие, как мои, ореолом завитков окружают ее голову. — У нас есть полезные устройства.

Кристина и я обмениваемся взглядами.

Я спрашиваю:

— Какие устройства?

— Это просто прототипы, — отвечает Фернандо. — Так что нет необходимости изучать их.

— Исследование не наше дело, — отвечает Кристина.

— Тогда, как вы меняете жизнь к лучшему? — спрашивает маленькая девочка.

— На самом деле, мы этого не делаем, — говорит Кристина, вздыхая.

 — Она вроде продолжает ухудшаться.

Девочка кивает:

— Энтропия.

— Что?

— Энтропия, — щебечет она. — Это теория, что постепенно вся материя во Вселенной движется к одной температуре. Также известна, как «тепловая смерть».

— Элия, — говорит Кара. — Это грубейшее упрощение.

Элиа показывает Каре язык. Я не могу удержаться от смеха. Я никогда не видела ни одного Эрудита, показывающего язык. Но опять же, я почти не общалась с совсем юными Эрудитами. Только с Джанин и людьми, которые работают на нее.