Если не удастся как-то договориться по хлебу, я, блин, завтра его украду!

— Лучше не надо, потому что тут тебе не испытательный срок дадут, а руку отрубят.

— Значит ты воровать будешь, писатель."

"Утро было холодным и сырым. Туман от воды расстилался по берегу. Лена проснулась первой и, обняв себя руками, принялась бегать, чтобы согреться. Потом разбудила Аню, потому что тяжело было смотреть, как та дрожит от холода.

— Горячего кофе? — спросила Лена.

— Есть кофе? — удивленно спросила Аня. Еще не совсем проснувшись, она озиралась, снова смиряясь с реальностью.

— Если бы ты мечтала о круизе, то был бы, а сейчас только река. Чтобы взбодриться, можно поплавать, — ответила Лена и засмеялась.

— Фух, я рада, что ты смеешься, потому что чувствовала себя виноватой.

— Знаешь, в случае крайнего кошмара я тоже смеюсь. Это такая реакция на стресс. На работе до сих пор думают, что я упоротая, когда я начинаю хихикать…

— Идем в город?

— Да, сейчас только постель заправлю, — ответила Лена и направилась к дороге. Аня, обхватив озябшие плечи, последовала за ней.

Наверно, было еще слишком рано для суетливого шевеления народа, как накануне. Ворота были открыты, но кроме пары тощих собак, что-то вынюхивающих по углам на улицах, не было ни души.

Каменные дома, стоящие рядами, образовывали улицы, и каждая такая улица лучом устремлялась к центру города. Эту планировку Лена увидела еще издали с горки перед подходом к городу. Они молча шли вдоль темных окон. Из труб начал валить дым, а потом запахло пищей.

— Что там в центре, как думаешь? Рынок? — голос Лены был единственным звуком, который разрезал тишину.

— Думаю, площадь, тюрьма, базар. Там, как правило, стоят дома богачей, — тихо ответила Аня, озираясь.

— Ну, хоть это похоже на наше прошлое место проживания, — хихикнула Лена. — Я не про тюрьму, а про дома богачей. Кстати, как у нас главную улицу в городе продлили, тюрьма стала тоже находиться в центре. Так что, чувствуем себя, как дома, — добавила она, подумав.

— Что мы можем предложить, Лен? У нас и продать нечего, или обменять.

— Кроме чести и чистого лица, — добавила Лена.

— Ну, честь давай оставим при себе. Я честь только в браке буду отдавать, — твердо сказала Аня. Прозвучало это как-то слишком бравурно, и Лена засмеялась. Вдали залаяла собака, где-то скрипнули ставни.

— Отойди от стен, а то получишь кроме моей обиды порцию ночной вазы на голову, — Аня отскочила к центру улицы.

— Все лучше и лучше, Ань, наше приключение. Даже боюсь предположить что будет дальше. А про честь я с тобой согласна, хоть ты и загнула слишком уж витиевато. Будто и правда нецелованная.

— Ну, я имела в виду, что я еще не замужем, значит, имею шанс.