Перед глазами снова возникли цветные точки, хоть и слабые. Они проносились взад-вперед по туннелю, словно ребятишки с горки. Ничего удивительного, подумала Калиша, ведь в каком-то смысле они и есть дети. Или то, что от них осталось. Ставшие зримыми мысли, порхающие и скачущие среди детей, которые бродят туда-сюда по туннелю. А сами дети? Калише казалось, что они немного ожили. Взгляд стал осмысленнее. Или она принимает желаемое за действительное? В Институте такое случается сплошь и рядом.

– Имейте в виду, у меня пистолет!

– У меня тоже, мадам, – крикнул Джордж и ухватился за пах.

Потом глянул на Авери. В чем дело, Босс-молокосос[66]?

Авери обвел их всех взглядом, и Калиша увидела, что он плачет. Живот свело, как будто она съела что-то плохое и ее вот-вот стошнит.

Когда это произойдет, вам надо будет торопиться.

Хелен: Что произойдет, Авери?

Когда я заговорю по большому телефону.

Никки: С кем?

С другими детьми. С теми, кто далеко.

Калиша кивнула на дверь. У нее пистолет.

Авери: Это последнее, о чем стоит тревожиться. Главное – бегите. Вы все бегите, ясно?

– Не вы, а мы, – сказал Никки.

 – Мы, Авери. Нам всем надо будет бежать.

Однако Авери только мотнул головой. Калиша попыталась проникнуть в его мысли, узнать, что там происходит, что ему известно. И услышала лишь три слова, повторяемые вновь и вновь:

Вы мои друзья. Вы мои друзья. Вы мои друзья.

17Люк сказал:

– Они его друзья, но он не может бежать вместе с ними.

– Кто не может бежать с кем? – спросил Тим. – О чем ты?

– Я про Авери. Ему придется остаться. Он будет звонить по большому телефону.

– Не понимаю, о чем ты говоришь, Люк.

– Я хочу спасти их, и его тоже! – крикнул Люк.

 – Я хочу спасти всех! Так нечестно!

– Он сумасшедший, – вмешалась миссис Сигсби. – Вы же понимаете, что ни…

– Молчать! – рявкнул Тим. – Последний раз предупреждаю.

Миссис Сигсби посмотрела на Тима, прочла выражение его лица и прикусила язык.

Тим медленно въехал на подъем и остановил машину. Впереди дорога расширялась. За деревьями можно было различить огни и темный силуэт здания.

– Мы на месте, – сказал Тим. – Люк, не знаю, что происходит с твоими друзьями, но в данную минуту мы им ничем помочь не можем. Ты должен взять себя в руки.

Сумеешь?

– Да. – Ответ прозвучал хрипло, Люк откашлялся и повторил: – Да. Хорошо.

Тим вышел, обошел машину и открыл пассажирскую дверцу.

– Что теперь? – спросила миссис Сигсби. Голос у нее был сварливый, однако даже в слабом свете Тим видел, что она боится. И правильно делает.

– Выходите. Дальше машину поведете вы. Я буду сзади с Люком. Если попытаетесь выкинуть какой-нибудь фокус, например, въехать в дерево, я через спинку кресла всажу пулю вам в позвоночник.

– Нет! Не надо!

– Отлично.