– Так и намерена сбежать?

Вот и грянула буря. Он принимал меня такой, какая есть, принимал серьезно, был внимателен, терпелив, относился, как к равной, но, когда речь заходила о моей свободе, реакция его всегда была одинаковой.

Я извернулась, дотянулась до его губ и коснулась в осторожном поцелуе. От моего прикосновения злой и напряженный вздрогнул и тут же оттаял.

– Не смей, – упрямо проговорил он мне в губы. – Для чего нужны шестьдесят дней?

– Чтобы машина собрала энергию от звезды.

– Она в Чамдо?

– Да.

– Я найду ее.

– Не найдешь.

– Я тебя туда не повезу.

– Не вези.

Он зло стиснул зубы, его пальцы больно впились в кожу на плече. А потом настроение Вангьяла резко изменилось. Глаза посветлели, стали спокойными. Он развернул меня к себе, прижал и поцеловал. Так бережно и ласково, что у меня мыслей в голове не осталось. Только нежность да щемящая тоска изнутри все разъедали.

– Что ты придумал?

Он улыбнулся:

– Посмотрим.

Глава 7

С утра пораньше меня загрузили в машину и повезли в город по знакомому маршруту. Закарин за рулем, Вангьял на переднем сиденье, я одна, как королева, на заднем.

"

"Машина вновь остановилась у ворот дзонга. Выдав мне очаровательную команду «пошли», Вангьял покинул автомобиль. Я с безмятежным видом осталась сидеть на месте. Закарин обернулся и уставился на меня и с восхищением, и с недоумением одновременно. Выкини я такое с недели две назад, мне кто-нибудь из слуг попытался или команду повторить хозяйскую, или вовсе стукнуть. Но ныне каждый обитатель поместья знал: не хочешь попасть в немилость – не трогай странную рабыню.

Что «пошли» не сработало, Вангьял понял сразу.

Слух у тренированного «воина силы» был отличный, как и чутье. Он обернулся и замер в своей излюбленной позе. Руки за спиной сцеплены, осанка аристократа, лицо невозмутимое. И только в глубине желтых глаз пряталась насмешка.

Я чуть склонила голову набок, внимательно следя за его настроением.

Вангьял ласково и хитро улыбнулся, едва заметно пожал плечами, развернулся и направился к воротам дзонга.

– Вот паршивец доисторический, – рассмеялась я.

Деревянная дверь жалобно скрипнула, когда я ее открыла, и еще жалобнее зазвенела, когда я ее захлопнула.

Странное, дребезжащее, громоздкое, бессмысленное, отравляющее окружающую среду корыто, а не машина.

Догнала своего «хозяина» быстро. Он нарочно не спешил.

– Не любишь приказы? – со все той же самодовольной легкой полуулыбкой поинтересовался он у меня. Голову при этом ко мне даже не повернул. Смотрел прямо перед собой.

– А ты? – в той же манере парировала я.

– Я люблю, – он улыбнулся во весь рот, – тебе их отдавать.

– Зараза, – беззлобно пробормотала я.