А я потихоньку зверела, с каждой сменой, когда часы нашего отдыха совпадали, а он так и не приходил. При всех затевать разговор мне не хотелось, поэтому решила, что нам все-таки следует поговорить наедине, я направилась к нему, как раз после окончания его смены.

Когда Адам открыл дверь, он выглядел удивленным, махнул рукой внутрь:

- Проходи.

Я сделала несколько шагов внутрь, и так как каюты были маленькие, остановилась посередине комнаты, повернулась к нему:

- Адам, что случилось?

Он моему вопросу явно удивился:

- Ничего не случилось, все нормально. Или ты про мое дежурство? - как будто найдя объяснение моему внезапному появлению, он расслабился и продолжил, - Я чуть подкорректировал курс, потому что впереди шторм, но все равно смена Миоса будет тяжелой, полностью мы его не обойдем.

Открыл рот, собираясь продолжить в том же направлении, но я перебила:

- Я не про это. Я про нас с тобой.

У него только что челюсть не отвисла:

- А что у нас с тобой? Все же нормально.

- Ты считаешь, что это нормально? Ты ни разу не зашел ко мне, мы даже ни разу поговорить нормально не смогли, ни разу не поцеловал, да вообще, ты меня избегаешь!

Чуть помолчав, Адам ответил:

- Если тебя обижает, что мы мало общаемся, то хорошо, я буду стараться чаще встречаться.

Я застопорилась, не зная, что еще сказать и как себя дальше вести, потому что почувствовала себя полной дурой. А Адам, видимо, решив, что проблема решена, продолжил:

- Карин, я безумно голодный и собирался в столовую. Ты со мной?

Я отрицательно покачала головой, так и не найдя здравого объяснения сложившейся ситуации. Он открыл дверь и вопросительно на меня взглянул, и я осознала, что пора уходить.

На следующий день, мы с Адамом встретились в столовой.

Я обедала с ребятами, а у него как раз закончилась смена. Подойдя к нам, всем приветственно кивнул, потом наклонился и аккуратно чмокнул меня в щеку, спокойно сел и приступил к еде. У всех нас отвисли челюсти. Это было странно и нетипично, для нас. А до меня не сразу, но дошло, что так он сделал после моих претензий, что он меня не целует. Джейк хохотнул и хотел сказать очередную пошлость, но капитан так взглянул на него, что он подавился набранным в грудь воздухом и начал откашливаться. А Эрик завел разговор о погоде, так как мы хоть и старались обойти шторм, и на глубине он не так чувствовался, как если бы мы были на поверхности, но течения в здешних местах были чрезвычайно коварны и лихорадочно меняли направление, так что лодку периодически встряхивало. Постепенно разговор захватил всю команду и про нас с Адамом забыли.

Так прошла неделя нашего пути. А потом наш третий навигатор Миос тяжело заболел, и нам с Адамом пришлось работать по шестнадцать часов подряд, так что встречались мы только на пересменке.