— Лура Криста — поклонилась мне невысокая шатенка средних лет. В ушах средние медные сережки с красными камушками. На пальце — медный перстенёк.

— Лура Рада — девушка помоложе, лет двадцать пять, тоже шатенка. Такой же фартук как у подруги, на голове лента придерживает волосы. Других украшений нет.

Обе явно испуганы. И сценой этой, да и меня, похоже, боятся.

Глава 43

— Лура Рада, будьте добры, подождите за дверью.

Она вышла.

— Лура Криста, вы давно работаете?

— Так как сказать то? После того, как мир объявили я пришла. Значит уже три года.

— Лура Криста, вы знали, что гвайра Бирта ворует?"

"— Так все знали, пресветлая госпожа! Как на кухне работать и не знать? Все знали!

— Вы говорили об этом кому-нибудь?

— Да ведь это не моё дело, пресветлая госпожа! Кто бы меня слушать стал-то? Ну, между собой, бывало, судачили… Так это же не грех? Вон Ката полезла к управляющему, так ее выпороли и выгнали.

— Чем вы занимались на кухне?

— Так чем скажут, госпожа. Когда солдатам готовила, когда что-то другое.

— Скажите, лура Криста… Вот сейчас выгоним гвайру Бирту. Что еще, по вашему мнению, следует изменить на кухне?

Лура зависла… Молчит…

— Смелее говорите.

— Да не знаю я, пресветлая госпожа. Вот будет старшая кухарка — она скажет.

— Идите, лура Криста и пожалуйста, позовите вашу подругу. Пусть зайдет.

Зашла, стоит, передник теребит, глаза в пол…

— Лура Рада, скажите, вы давно работаете на кухне?

— Поменьше пол года, ваша светлость.

— Вы видели, что гвайра ворует?

— Видела, ваша светлость.

— Вы кому-то говорили об этом?

— Нет, ваша светлость.

— Почему?

— Меня взяли на место девушки, которую обвинили в воровстве. Её в темнице неделю держали, а потом выпороли и выгнали.

— А с другими служащими вы обсуждали эту тему?

— Нет, ваша светлость. Вы только не приказывайте меня пороть. Не верю я, что Ката воровала. Мы в соседних домах росли. Вот я и не верю…

— А где теперь эта Ката?

— Точно не знаю, но гвайр Машо, ну, который мясо привозит, говорил гвайре Бирте, что она при храме пока живет. Наверное там и есть она. Зачем бы ему врать?

— Вы умеете читать и писать?

— Немного, ваша светлость. Считаю лучше, а пишу не очень. Нас с Катой родители в школу отправляли при храме.

— Где сейчас родители?

— Отец на войне погиб, он булочную держал, хлеб пекли и пироги. А мама следом умерла.

— А готовить вы умеете? Хлеб печь?

— Ну, простое всякое умею. Хлеб конечно и пироги всякие. А вот госпоже графине гвайра Бирта сама готовила. Никого не подпускала.

— Кашу вы сможете сварить?

— Конечно. Хоть сладкую, хоть с мясом. Какую скажете.

— Скажите, лура Рада, а почему на вас нет украшений?

— Так папенька приучил. Ленту ношу чтобы волосы в тесто не попали.