Как только Даниэлла с оглушительным чмоком выпустила мужской член из своего рта, Марсель, одним движением подхватив служанку за талию, поднял её вверх и тут же подмял девушку под себя.

Сдвинув трусики Даниэллы в сторону, он одним махом ворвался внутрь её тела. Они двигались как животные – хрипя от каждого удара, которым Марсель врезался в тело моей служанки. Это был ужасный, примитивный танец, аккомпанементом которому служили звуки мерного поскрипывания кушетки, громкие вздохи обоих и звуки таранящего женщину члена. Казалось, что совокупляющаяся пара забыла обо всем на свете – с каждой минутой они становились всё менее цивилизованными, всё более распаляясь, всё более убыстряясь, пока, наконец, Марсель не закричал, с особой силой врезавшись в распластавшееся под ним женское тело. И сразу же за этим закричала моя служанка.

Обессиленные, они лежали на кушетке, всё ещё продолжая оставаться сцепленными телами.

Это было просто ужасно…

И вместе с тем ужасно возбуждающе.

Я как будто снова оказалась дома у своей подружки, когда мы с Каринкой случайно нашли порно фильм её старшего брата.

Наплевав на Даниэллу (которой сейчас было явно не до меня), я бросилась назад в спальню, чувствуя огромное… непередаваемое желание секса. На моих руках уже выступили когти, я также чувствовала, как у меня меняются уши.

К счастью, в комнатах никого не было. Подойдя к небольшому журнальному столику, на котором стоял графин с водой, я быстро налила себе целый бокал чистой воды – и одним глотком осушила его, надеясь так погасить неуёмное телесное желание.

Но это было непросто… Я все ещё слышала звуки совокупления двух оборотней, чувствовала запах их страсти. Запах!

Стянув с себя трикотажный костюм, в котором я отдыхала после утреннего приёма, я бросилась в душ, жалея, что из-за ребенка не могу сейчас установить ледяную воду. А теплая вода… вместо того, чтобы погасить моё желание, вода как будто ещё больше меня распаляла.

Мне даже казалось, что меня кто-то трогает, кто-то трётся об меня своим телом."

"Обернувшись, я увидела обнажённого Этьена, чьи глаза жадно скользили по моему обнажённому телу. Я только потом поняла, что всё произошло так быстро, что я даже не успела испугаться. Он ведь просто целовал меня: жадно, долго, возбуждающе – это был необыкновенно долгий и искушающий поцелуй. А потом я почувствовала его руку у себя между бедер. Это было примерно то же самое, что показывала Даниэлла — только не для мужчины, а для женщины. Я забыла обо всем на свете, забыла о том, что мне надо бояться, что этот замок – моя тюрьма, что меня принудили быть свидетельницей секса между оборотнями.

Всё это внезапно стало неважно.

А потом меня накрыла волна неописуемого наслаждения.