Не ярость. Не сила воли. Нечто иное. Древнее. Природное. То, что я называл Серым Даром — не огонь, не лед, а сама ткань эфира, основа реальности, основа моей магии. То, с чем Пустошь играла, как ребенок с огнем. То, что резонировало во мне с первого шага в эту аномалию.

Они сомкнули кольцо. Стражи впереди, орда позади и по бокам. Поток искажающей энергии от раненой твари снова ринулся ко мне. Когти другой уже заносились для удара. В глазах пленников читалась агония — они видели мой конец. Нет."

"Это было не решение. Это был инстинкт. Последний выдох души. Я не вскинул рук.

Не закричал слов силы. Я просто… отпустил. Отпустил страх. Отпустил боль. Отпустил самого себя. И ухватился за тот тихий, всепроникающий гул эфира, что всегда был фоном мироздания, но здесь, в Пустоши, кричал как сирена.

Мир замер.

Не физически. Восприятие. Я увидел не тварей, не камни. Я увидел… плетение. Бесконечно сложное, дрожащее полотно из серебристо-серых нитей. Нитей самой реальности. Вокруг тварей — узлы, разрывы, черные дыры искажений. Пустошь была гнилью на этом полотне. Моя магия до сих пор лишь тыкала в дыры. Теперь я увидел нити.

Увидел, как их дернуть.

Время сжалось до мгновения. Энергетический поток был в сантиметрах. Коготь — в миллиметрах. Я шевельнулся. Не телом — волей. Словно невидимыми пальцами схватил пучок серебристых нитей перед пленниками и рывком сплел их в плотный, мерцающий серым светом кокон. Серый щит. Не для отражения — для изоляции. Вырез из реальности. Пустошь могла бушевать вокруг, но внутрь этого кокона не проникла бы даже мысль.

В тот же миг, не глядя, я дернул другие нити. Не для защиты. Для разрушения.

Серое сияние, тусклое и беззвучное, брызнуло из моих ладоней.

Но это не были лучи или шары. Это были нити эфира, тончайшие и острейшие, состоящие из максимально сжатого серого эфира. Сети, невесомые и невероятно прочные. Они набросились на тварей не как оружие, а как паутина.

На несущийся поток энергии они легли поверх, как салфетка на пламя. И поток… схлопнулся. Бесследно. Как будто его никогда не было. На занесенный коготь стража — нить обвилась вокруг него. И коготь… распался. Рассыпался на мельчайшие частички пыли без звука, без вспышки. Хищный рык сменился визгом непонимания и боли.

Орда ринулась вперед. Сотни клыков, когтей, энергетических жал. Я стоял, как остров в бушующем море эфира, руки раскинуты. Серые нити вихрем закрутились вокруг меня, невидимые для глаз, но ощутимые как дрожь самой реальности. Твари врезались в них — и растворялись. Не взрывались. Не замерзали. Просто… переставали существовать. Их формы расплывались, как тушь в воде, превращаясь в серый туман, который тут же поглощался свинцовым воздухом пещеры. Ни воплей. Ни сопротивления. Только тихое, жуткое исчезновение.