Таким образом, конфискованное у хивинца состояние можно оценить примерно в 166000 серебряных рублей.

(4) В 1842 г. к отъезду посольства полковника Г. И. Данилевского из Хивы вдоль дороги были расставлены колы с персидскими рабами, за которых хлопотали русские.

Глава 5

Бомба! В приемном дворе взорвалась бомба — только так можно было оценить реакцию наших генералов на известие о смене монарха на российском престоле. Быстренько свернув переговоры, Платов поспешил в свои покои, позвав за собой генералов.

— Башка-генерал, мне что с посол делать? — заволновался Мамаш-хан.

— Подари ему что-нибудь! — буркнул походный атаман на ходу. — Вон, юрту ему отдай!

— Зачем юрта отдай? Юрта мне самому нужна, спать буду, когда жарко!

Матвей Иванович только отмахнулся, а я, подхватив табурет, шепнул своему протеже:

— Войскового казначея попроси, у него разного барахла столько — не знает куда деть.

Мамаш-хан сверкнул узкими глазами, потер руки, не иначе как решил, что я ему открыл доступ к рогу изобилия. Не став его разочаровывать, что у казначея где сядешь, там и слезешь, побежал догонять генералов.

Платов был мрачнее тучи, глубокая морщина прорезала лоб, генерал-майоры имели вид скорее озабоченный, чем расстроенный. Солировал Денисов, втолковывая всем, что поход нужно сворачивать, про Бухару забыть и срочно отправлять через Усть-Юрт нарочных с запросом о новых указаниях.

— Скажи, Андриан, ты же в Альпийском походе участвовал… — начал сложный разговор атаман.

Денисов его перебил:

— А то как же! Все восемь полков из моего нынешнего корпуса. Греков, Курнаков, Молчанов, Сычов…

Атаман раздраженно отмахнулся:

— Не об этом вопрос, Дрюня! Вот ты нам растолкуй, как бы поступил Суворов, если на подходе к Сен-Готарду получил бы подобное известие?

Денисов задумался:

— Вона куда ты клонишь, Матюша…

— Туда и клоню. Вот в какую западню мы с вами втюрились!

— Да кто сказал, что это правда⁈ — вдруг взорвался Бузин, замахал руками, треснул в сердцах кулаком по столу. — Подумаешь, бухарец ляпнул. Можа то хитрость военная. Можа хотят нас в смущение привести. Чтобы мы востру саблю да в ножны. Время выиграть хотят."

"— Оно и так у них есть, — резонно поправил боевого товарища Денисов. — Нам все равно до осени тут куковать. Глядишь, прискачет какой курьер с Петербурха. Интересно мне, коль то правда про царя, а какой он, этот Александр?

На него зашикали: решили, что враки — значит, враки, не дай Боже, в Войске разговоры пойдут…

Платов хитро прищелкнул языком, выражая несогласие с Денисовым.

— С чего решил, что до осени?

Андриан Карпович недоумевающе повел глазами.