А еще — владеют магией в достаточной мере, чтобы сбить летящий в небе звездолет.

Но был и еще один способ ремонта, тот, который сейчас пытался использовать Сергей. Способ ""лекаря"", как его называли создатели биомеханических устройств. Нужно всего лишь стать единым целым с кораблем, подключиться к его мозгу и перезапустить систему заново. Вот и все.

Всего лишь… Вот только для этого нужно потерять человеческий облик на глазах у двух своих спутников, а еще — на глазах толпы озверевших баб, долбивших в стену с упорством, достойным Железного Дровосека!

Соединение с пузырем было ярким, и…болезненным. Боль — резкая, шипучая, ударила в мозг так, будто в темечко воткнули раскаленную иглу. Сергей даже охнул, попытался выгнуться дугой, будто пытаясь оторваться от кресла, но куда там…он теперь не сидел в кресле — кресло было с ним единым целым, ноги вросли в пол, руки в подлокотники, и лишь голова оставалась человеческой и торчала из спинки — бледная, с закрытыми глазами, губа закушена, и на ней выступила капелька крови. Тяжко! Очень тяжко!

Нервы прорастали в псевдоплоть, пока не коснулись тех прожилок, тех нитей, которые можно было бы назвать нервами корабля. Это были не совсем нервы, и даже совсем не нервы, но какая разница, как их называть — каналы связи, магические нити или волшебные нитки! Главное — по этим ниточкам корабль отдавал приказ своим скрытым в плоти органам и заставлял свое ""тело"" двигаться туда, куда пожелал лететь пилот.

Корабельные нервы будто трепетали, связываясь, сращиваясь с нервной сетью Сергея, и через минуту пилот был уже и кораблем, и пилотом одновременно.

Звездолеты служили людям и в мирной жизни, и на поле битвы, а потому их создатели предусмотрели все — в том числе, и тот случай, когда корабль не получает приказов от своего мозга. Потому — было сделано все, что возможно для спасения экипажа. Управление системами корабля можно осуществлять и при парализованном мозге. Если есть мозг пилота, и этот пилот обладает определенными способностями к симбиозу.

Грохот топоров внезапно прекратился. Лурк оторвался от созерцания кресла, из которого торчала голова Серг и ее великолепные груди, посмотрел за стену и увидел, как проклятые бабы разлетаются в стороны, будто по ним прошлась огромная невидимая ладонь, счистившая задастых девиц так, будто смахнула крошки со столешницы. Девки летели кубарем, ударялись о стволы деревьев, беззвучно разевая рты в яростном крике, описывали высокие дуги и ударялись о землю, подпрыгивая, как мячики.

Это было забавно, и одновременно страшно. Сколько девиц после того останутся в живых — абсолютно неясно. Половина? Две трети? Судя по тому, как они успевали сгруппироваться, падать для девок — плевое дело.