Зато теперь, если я правильно понял, ему не надо будет воровать артефакты. Возможно, вопрос с клептоманией тоже разрешится. Или не разрешится… Если для Шанка это была не только нужда, но и приятное хобби.

Правда, остаётся нерешённым вопрос с часами, на которые его натаскивал Лекс Львов… Но об этом надо будет поговорить с Лексом. Я уже достаточно хорошо знаю сына главы Тайной канцелярии, чтобы понимать: он никогда и ничего не делает просто так. Если ему нужны какие-то часы, значит, в этом замешаны как минимум высшие чины империи или серьёзные аристократические роды.

И я очень хочу узнать, что это за часы.

В общем, к утру Шанк наконец-то принял свой обычный облик. Зато и чувствовать его я стал намного лучше. Жаль, здесь негде тренировать Шанка как воплощение оружия. Зато можно заняться тренировками с парнями. Как показало сражение с кадетами Назарова, нам до них пока далеко. И до сработанности в команде далеко, и до уникальных техник взаимодействия дара.

Пожалуй, Токсину я смогу помочь, хотя на воссоздание техники воплощения меча света потребуется время.

Вспомнишь дурака…

– Не понял… А где твоя клёвая махалка? – Едва отодрав голову от подушки, Токсин начинает озираться в попытке найти мой посох.

– В лабиринте.

– Это в каком?.. В том, в котором Ильина… – Он пилит себя ребром ладони по шее. – Камень, харэ шутить. Я же серьёзно.

Так я и не шутил. Судя по ощущениям, Шанк именно там. А вот что он там забыл… Точно не любимую сумку, её он в лагерь не привёз. И так и не проявляет по этому поводу никакого беспокойства. Неужели решил, что заныкал так, что никто не найдёт?

– Ты хорошо отработал первый круг плетений? – тихо интересуюсь у Токсина.

– Могу показать, – с гордостью отвечает он. – По крайней мере совмещение силы, скорости и дальности получается без проблем. И эфира теперь хватает.

– Значит, техники на расширение системы каналов работают. Пойдём после завтрака в учебку. Если ты и правда освоил совмещение – можно начать второй круг.

– А что там?

– Придание формы. Как раз подойдёт для воплощения оружия. Не такого, как моё, – обрезаю, увидев восторженное предвкушение на его морде. – Но для начала сгодится. И ещё…

Хочешь рассмешить бога – расскажи ему о своих планах. Так что договорить я не успеваю.

Внезапно дверь в казарму распахивается. Судя по хлопку о стену и посыпавшейся штукатурке, её открыли с ноги. Парни перестают одеваться и зевать и с удивлением пялятся на входящих. Один Львов продолжает как ни в чём не бывало заправлять кровать.

Пятеро незнакомых мужиков входят в казарму и цепкими взглядами оглядывают нас. Все – крепкие коротко стриженные быки в форменном хаки.