Стемнело, дождь перешел в ливень, так что остановились мы на ночь в доме какого-то фермера, который явно не ожидал того, что сам эньор Тоглуаны с людьми попросится переночевать у него. Я настолько устала, что помню из того вечера только плошку жирного супа да подушку, набитую ароматной травой. Поев, я заснула, как убитая.

К утру дождь не прекратился. Мы выехали рано; мне надоело притворяться сильной стойкой женщиной, так что я откровенно страдала. Сырость и прохлада сделали свое дело, так что я начала шмыгать носом и думать о простуде.

— Потерпите еще немного, — сказал эньор Гелл, — еще часа два, и мы будем на месте.

— Лучше бы я осталась в храме, — призналась я. — Там хорошо: тепло, пирожки…

— А в замке – пироги, самые разные, — улыбнулся мужчина. — Лимонные, шоколадные, с грушами и другими сладкими начинками, и более сытные мясные, рыбные, с сырами и творогом.

— Прекратите! Думать о вкусной еде для меня сейчас пытка…

— Вы совсем сникли. Даже сон не помог.

— Ох, эньор, знали бы вы, как давно я нормально не спала!

— Как давно? — насторожился мужчина.

— Как переродилась, так и не спала, то одно потрясение, то другое.

— Все выкручиваетесь, Валерия…

— А вы так и хотите меня подловить, всегда в стойке, как собака-ищейка.

Гелл поджал губы и глянул на меня суровее, чем обычно, из чего я сделала вывод, что владетель Тоглуаны обиделся.

— Я люблю собак, — на всякий случай добавила я.

— Я тоже.

Из лесочка, мимо которого мы проезжали, выбежали несколько крупных собак (легки на помине!) с длинными лапами и купированными хвостами; породу я определить не смогла. Животные поприветствовали нас радостным лаем. Вслед за собаками выехали трое мужчин на лошадях; одеты они были непримечательно, капюшоны низко опустили.

— Мы ждали вас раньше, — протянул один из них; голос был молодой и наглый.

— Владетель всегда появляется вовремя, — ответил Гелл. — Будь к ужину. Есть новости.

— Как скажете, мой эньор, — весело произнес молодой человек и повел лошадь в лесок; двое товарищей последовали его примеру. Собаки тоже убежали.

Мы продолжили путь. Лесок остался позади, впереди расстилалось поле. Я чихнула и расстроенно вздохнула. Началось…

— Вы не заболеете, — уверенно сказал Брадо.

— Уже…

— Выпьете немного вина с пряностями, и все пройдет.

— Вино – это хорошо.

— Любите выпить? — не удержался владетель.

— Да. Я распущенная девица, питающая страсть к вину и вообще обладающая всеми возможными пороками и греховными пристрастиями. Теперь, получив мое признание, вы спокойны?

— Я вовсе не подозреваю вас во всех грехах и преступлениях, — укоризненно произнес Гелл. — Знаете, что я вижу, глядя на вас, Валерия? Южное происхождение, южное воспитание и южную дерзость.