— А харя у тебя не треснет? — прищурился император.

— Карьера на кону, государь, — изобразил смирение князь Голицын. — Не выгорит — ты первый меня отошлешь куда-нибудь волков гонять по дипломатическим каналам.

Романов хмыкнул.

Голицын всегда прекрасно отыгрывал роль эдакого верного стране идейного либерала. В три смены за две зарплаты практически работал бедолага.

Но торговался он не на пустом месте. Если принцесска окажется с сюрпризом, карьера Голицына действительно кончится и кончится бесславно.

— Ладно, я подумаю, — изображая большое нежелание отдавать дипломату недвижимость, произнес император.

— А теперь к сути. Переговоры с британцами возглавишь ты. Иван будет иметь чисто представительскую функцию, поскольку один из пунктов сделки — передача члена правящей семьи члену правящей семьи.

— Опасно, государь, — покачал головой Голицын. — Британцам нет веры.

— Сам понимаешь, если сразу не примем договор, придется воевать. На море Британия опытнее нас, даже если быстро разовьем успех, их колониальный флот прибудет и попьет нашей кровушки. Нахимовы, конечно, безумно талантливы, но, чтобы поставить точку в открытом противостоянии, нам придется реально утопить Британию.

Мы это, естественно, сделаем, но будет много крови. Много мирной крови.

Голицын ничего не ответил, хотя по выражению его лица было понятно — мысль уменьшить количество островов на земном шаре ему казалась соблазнительной.

— Цели заставить их подписать договор или сгрузить нам принцессу — нет, — продолжил вводить князя в курс дела государь. — Нужно забрать Виталия и внести инвестиции в счастливое британское будущее.

Задача ясна?

— Куда уж яснее, — усмехнулся Голицын.

— Вопросы?

— Сколько гвардии будет выделено для защиты цесаревича?

— Тебе целого флота мало? — удивился император.

— Флот в город не войдет и на совещаниях сидеть не сможет.

Император понимающе кивнул:

— Есть у меня решение этой проблемы.

— Это какое? — подозрительно спросил цесаревич.

— Мирное, конечно же, — снисходительно улыбнулся Его Величество.

Глава 18

Москва, Александр Мирный

В Москву мы окончательно вернулись в начале мая. На носу была сессия и, хотя большую часть семестра мы с Василисой пропустили, совсем уж забивать на учебу было нельзя.

Лично для меня были не столько актуальны предметы, сколько тренировки с Разумовским. А у Василисы это вообще первое образование, и я настаивал, что моей супруге нужно его закончить. Пусть и с перерывом на академический отпуск.

Погода была по-весеннему прекрасна, и я чувствовал некоторые фантомные боли шашлычного типа. Вот уже восемнадцать лет живу в этом мире, а на первомай так и тянет к мангалу.