В идеале еще обнял и взял на ручки, но такого от сурового генерала я вряд ли дождусь. Судя по поведению Ремека на балу, он решил порвать со мной даже ту небольшую связь, что между нами была. Ну или на место поставить. Впрочем, не важно уже это. Под конец мужчина устроил мне допрос, как и что происходило в гостиной.

– Отправляйся в свою комнату и не выходи оттуда до особого приказа, – строго произнес Ошентор.

– Угу, – мрачно отвечаю и киваю головой, показывая, что поняла. Разворачиваюсь, чтобы уходить, но Ремек вдруг прижимает меня к себе так сильно, что косточки захрустели.

Это что? Это как?

– Ведьмочка, сколько можно? Ты меня с ума сводишь. Будь уже, наконец, осторожнее. Перестань собой рисковать по делу и без.

Вряд ли у меня получится выполнить пожелание Ошентора, но я, конечно, постараюсь.

– Как разберусь со всем, зайду к тебе.

А вот этого лучше не надо.

– Не могли бы вы ко мне не заходить?

– Отчего же?

– Тем, что вы будете в моих покоях неопределенное время, вы можете меня скомпрометировать.

– А то, что Терен там уже был неопределенное время, ничего? – прохладно поинтересовался генерал.

– Так мне то и нужно было. Полагаю, господин Фенимор, как честный человек, обязательно бы на мне женился."

"– А-а, ну полагайте дальше, лира Ос-Декверик. То, что я обнимаю вас на глазах у стражи, это тоже ничего, как думаете?

Поворачиваю голову, все еще находясь в тисках-объятиях Ошентора. Стража действительно стоит рядом, но старательно делает вид, что ничего не видит и не слышит. Хорошо, что принцесса ушла.

– Всякое бывает, но вы лучше отпустите уже меня, за вас замуж я выходить не намерена.

– Да что вы говорите, лира.

– Угу, мне мои нервы дороже. Скорее костер предпочту.

– Шали, ты специально меня дразнишь? О чем, кстати, вы общались с принцессой?

Генерал так меня и не отпускает.

– Она дала мне пару советов и предположила, кто же организовал нападение.

– И кто же?

– Вы. Будьте любезны, отпустите уже меня. Лучше бы вы, кстати, так же быстро появились здесь, как в случае с Тереном. Но вас, видимо, отвлекли придворные дела.

Ремек задумчив, а на меня снова смотрит хмуро.

– Я могу почувствовать, когда тебя касаются другие мужчины, но на балу такие прикосновения были постоянно, и я уже не обращал на них внимания.

Та-а-ак.

– Зачем вам вообще нужно такое ощущать?! А если я, например, будучи уже настоящей невестой, захочу с императором уединиться, вы тоже все это детально ощутите? А удовольствие-то будете получа-а-а...

Ремек резко распахнул объятия, развернул меня, еще и мягко придал ускорения, подтолкнув в сторону стражи.

– Все, Шали, иди. Позже.

Ну так нечестно. Ремек раззадорил воображение и бросил, а я теперь мучайся догадками.