После Гона, когда найдём профессиональных горняков и наладим безопасную добычу, можно будет развернуть полноценное производство.

А пока нужно было сосредоточиться на выживании.

* * *Первые лучи солнца едва коснулись горизонта, когда мы с Василисой пришли к скальный выступу на холме на некотором расстоянии от Угрюма. Место выбрали не случайно — эта земля была пропитана духом камня, древние породы выходили на поверхность, обнажая свою первозданную суть. Шахта сумеречной стали подходила мне, имеющему сродство с двумя стихиями, но не Голицыной.

Княжна выглядела собранной, но я замечал мелкую дрожь в её пальцах, когда она раскладывала приготовленные компоненты.

Соль, свечи из воска, отвар с полынью и каплей крови. И, конечно, кристаллы Эссенции — двадцать крошечных, преимущественно белых.

— Помнишь последовательность? — спросил я, наблюдая за её приготовлениями.

— Сначала довести резерв до шестисот, затем погружение, — Василиса сделала глубокий вдох. — Не бороться с камнем, стать им, но не забыть, кто я такая.

Она села в центр начерченного соляного круга, и я отступил на безопасное расстояние.

Первый кристалл растворился в её ладонях, отдав себя. Второй, третий… Я следил за процессом, готовый вмешаться при малейших признаках опасности.

Приближаясь к границе, Василиса побледнела. Переход к рангу Мастера — это не просто накопление энергии, это качественная трансформация.

В какой-то момент она замерла. Один из кристаллов дрожал в её руках. Я видел борьбу на её лице — страх перед неизвестным против жажды силы.

— Давай, — прошептал я. — Ты готова.

Кристалл растворился. Шестьсот капель. Прорыв!

Василиса выгнулась дугой, по её телу пробежала волна теракотового свечения.

Затем, не теряя времени, она начала обсыпать себя подготовленной смесью из гранитной крошки и порошка Эссенции. Камни вокруг неё начали резонировать, откликаясь на зов новоявленного Мастера.

Медленно, словно погружаясь в воду, княжна начала уходить в камень. Сначала ноги — кожа приобрела серый оттенок, затвердела. Потом торс, руки. Я наблюдал, как человеческие черты сменяются минеральными.

Василиса полностью погрузилась в каменное ложе, оставив лишь небольшие отверстия для дыхания.

Её лицо застыло в маске сосредоточенности.

Убедившись, что всё идёт по плану, я подошёл к лошадям и снял с них вьючные мешки. Предусмотрительно захваченные латунные слитки могли пригодиться — впереди предстояли долгие часы ожидания, а времени терять нельзя было. Расположившись в нескольких метрах от ритуального круга, я начал работу с металлом, одним глазом следя за девушкой.

Латунь податливо трансформировалась под воздействием моего Таланта, превращаясь в аккуратные гильзы для патронов.