— Господин министр, — голос лидера наёмников звучал серьёзно, — посчитал, что вам будет интересна информация следующего характера. То самое капище оказалось полностью зачищено, но не нашими людьми. Местный воевода со своим отрядом сделал то, с чем, увы, не справился первый отряд.

— Что⁈ — Терновский подался вперёд. — Ты хочешь сказать, какие-то деревенские мужики справились с Жнецом? У них же там на всю округу топоры да вилы!"

"— Сведения подтверждены лично нашим десятником Ланским. Вторая группа встретила этого воеводу с отрядом. У них был наш вездеход, оружие и… артефакт, который вы искали.

Сердце Игната пропустило удар.

— Ты уверен?

— Да, господин министр. Ланской передаёт, что они решили не вступать в конфронтацию. У них были иные приказы. Этот воевода, Платонов, намекнул, что знает о ценности артефакта. Дальше разбирайтесь с ним сами, мы умываем руки. И, напоминаю, что согласно договору, оставшуюся сумму в полторы тысячи вы нам не должны, поскольку заказ не выполнен.

— Что, вашу мать, это деревенское быдло сделало такого, с чем ваши хвалёные вояки не справились⁈ Да я за пятьсот рублей мог бы нанять пару окосевших мужиков с вилами, и те бы сработали лучше! И не надо мне тут про «умываем руки» — вы их уже по локоть в дерьме умыли, когда мой аванс прикарманили!

Сотник молчал, хотя явно сдерживался с трудом.

Терновский с трудом подавил желание раздавить в кулаке магофон.

— Номер этого… как его? Платонова? Додумались взять?

— Высылаю, — отрывисто ответил Воротынцев.

Министр отключился и немедленно активировал новый вызов. После нескольких гудков он услышал спокойный голос:

— Боярин Платонов слушает.

— Здравствуйте, боярин, — с нахрапом в голосе произнёс он. — На связи Терновский. Говорят, у вас есть то, что принадлежит мне.

В трубке повисла короткая пауза.

— Добрый вечер, господин министр, — голос на другом конце звучал спокойно, даже расслабленно. — Ничего не знаю о вашей собственности, но у меня есть кое-что, что вас может заинтересовать.

Игнат стиснул зубы. Эта деревенщина играла с ним?

— Послушай, парень, я заплатил пятьсот рублей золотом Перуну за доставку артефакта. Они облажались, но это не значит, что я переплачу. Тебе повезло, что ты его нашёл, и я готов быть щедрым…

— Простите, что перебиваю, господин министр, — всё так же спокойно ответил собеседник, — но только что цена выросла с двух тысяч до двух с половиной. И если вы не смените тон, она вырастет ещё раз.

Рука Терновского непроизвольно сжалась в кулак. Кто он такой, чтобы говорить с ним в таком тоне? Он, министр, потомственный дворянин, управляющий ресурсами всего Московского Бастиона!

— Слышь, щенок! — рявкнул Игнат так, что затряслись стёкла.

— Три тысячи, — прозвучал с другой стороны трублки безмятежный голос.