Честное слово, я не виновата, тромб у Бруновой не по моей вине возник, понятия не имела, что было в ампуле.

– Стоп! – скомандовала я. – Вы говорили, что какая-то женщина звонила вам по телефону, пугала изъятием детей. А сейчас выясняется, что вам присылали письма.

Нина прижала руки к груди.

– У меня слова и мысли путаются, нечетко объясняю… По поводу Бруновой через почту меня инструктировали. Детьми клянусь, думала, что мужу помогаю. Когда все выполнила, он мне писать перестал. И до сих пор никаких вестей нет. А совсем недавно, пару дней назад, ушла я днем в столовую, вернулась в сестринскую, слышу, в моей сумке мобильный разрывается. Вынула трубку, а оттуда голос: «Твои дети от Козланюка…»

Голос медсестры задрожал.

– Я так испугалась! Голос странный такой, но я решила, что это женщина… Ой, мне прямо плохо стало! И она…

Нина разрыдалась.

– Вам приказали «потерять» в палате Галкиной медицинский документ, из которого становилось ясно, что Раиса Петровна больна раком, – договорила я за Волынкину. – Но этого мало, чтобы подставить Ксению. Что ж, вы успешно справились с ролью – пришли ко мне и ловко изобразили, будто не знаете, как поступить: рассказать о проступке ближайшей подруги, о том, что она дала коракор Галкиной, или промолчать."

"– Мной управляли, – зашептала Нина, – вели, как собаку на поводке. Приказали взять у Ксюши браслет, надеть себе на руку, брызнуть в видеокамеру краской, но так, чтобы украшение в кадр попало. В моей сумке лежал конверт из серой бумаги, на нем было напечатано: «Ксении, плата за услугу». Я не знаю, как он в мою торбочку попал. Не догадывалась, кто в нее все подкидывал, в том числе и ампулы. Моя сумка обычно в сестринской стоит на подоконнике, как в нее что-то сунуть можно… Голос сказал: «Слушай внимательно. Если напутаешь, прощайся навсегда с сыновьями. Сначала выведешь из строя камеру, но так, чтобы охрана увидела браслет. Потом откроешь ящик в А-пять, положишь туда конверт на имя Ксении. Оставишь в беседке мобильный, он тоже в твоей сумке. И сделаешь так, чтобы Романова его нашла. Придумай что угодно, но заставь ее взять сотовый. Сама стой неподалеку и начинай звонить. Надень на свой телефон изменитель голоса и скажи: «А-пять, красный, А-пять». А через минуту зайди в беседку, заведи разговор про телефон. Романова должна пойти к пробивателю. Сделай все, чтобы она туда пошла и ящик открыла. Запомни: ей надо сразу после разговора с тобой туда идти. Пока все».

Нина шмыгнула носом.

– Все, о чем было сказано, действительно в сумочке нашлось. И я выполнила приказ.

Мне стало неприятно – коварный человек управлял не только Ниной, но и мной. Нина врала мне, а я принимала ее слова за чистую монету. Но вот история с А-пять у преступника не получилась.