– Дедушка – тот, что курил сигары, – умер, когда мне было девять, но я до сих пор помню, какую вечеринку устроили родители, когда отец окончил колледж. Ему было тридцать, но он первым в семье получил высшее образование, так что это стало настоящим достижением.

Она откидывается на спинку дивана и, сжав бутылку в руках, внимательно слушает меня.

– Мне было лет шесть, – продолжаю я. – Но я помню, как веселились, болтали и смеялись бабушка, дедушка и родители. И, конечно же, не забыл, как шестидесятилетний дед ростом сто девяносто пять сантиметров и весом сто десять килограммов отплясывал под The Pointer Sisters и их Jump.

Джордан расплывается в улыбке. Да, это легко представить.

– Бабушка же сидела за столом и смотрела на происходящее, смеясь вместе со всеми. – Я вздыхаю, вспоминая огромную улыбку на ее лице. – Все были так счастливы и, несмотря на возраст, радовались, веселились и не боялись показаться глупыми… – Я замолкаю. – Не знаю. Наверное, мне это понравилось.

– Ты хочешь такую же семью, – тихо говорит Джордан.

Я думаю о бабушке с дедушкой, которые постоянно вызывали друг у друга улыбки, а затем вспоминаю всех женщин, с которыми встречался.

Никогда не испытывал с ними ничего похожего. Даже с Линдси. Вероятно, я просто неспособен на подобные чувства.

– Понимаешь, их общение казалось таким непринужденным, – продолжаю я, поворачиваясь к Джордан. – И, думаю, они установили для меня высокую планку. Трудно найти человека, который говорит с тобой на одном языке.

Она опускает глаза, обдумывая мои слова.

– А что насчет тебя? – меняя тему, спрашиваю я. – Хоть раз представляла свое будущее? Мужа, свадьбу, прекрасный день, идеальное платье?.

.

Она тихо вздыхает и делает глоток пива.

– Мне плевать, какой будет свадьба, – глядя на экран, говорит она. – Я просто хочу жить.

Просто жить.

Эти слова затронули что-то в моей душе.

Наверное, потому что я все еще жду того же самого.

* * *Коул и Джордан уже больше недели живут в моем доме, и за это время у нас установился определенный распорядок.

Она поздно возвращается домой или до ночи просиживает за уроками, но, когда я спускаюсь по утрам в кухню, там уже царит полнейшая чистота, которой не было накануне вечером.

Столешницы блестят, полы вымыты, из холодильника волшебным образом исчезают испорченная еда и остатки трехдневной давности, а вся техника сверкает.

Стоит ли говорить, что в доме всегда ароматно пахнет. Иногда – потому что она готовит кексы и блины, а порой из-за ароматических свечей, против которых я уже не возражаю. А еще Джордан готовит кофе во френч-прессе, так что я уже позабыл, когда использовал кофемашину.