– Из окон моей кухни видно твою, – объясняет он. – Было уже довольно поздно, и вы вдвоем стояли у раковины.

Тело тут же окутывает возбуждение при воспоминании о том вечере. Она отправилась голышом на кухню, а я не давал ей устроить полночный перекус, пока не получил свое. Она была настолько красива.

Я выпрямляюсь и стискиваю зубы.

– Ты подглядывал?

– Нет, – выпаливает он. А потом пожимает плечами. – Вернее, я мог бы, но в какой-то момент вы опустились на пол, скрывшись из виду."

"Он начинает смеяться, и если бы я, черт побери, умел летать, то перемахнул бы через забор и задушил бы его.

Кажется, Крамер замечает, как сильно меня разозлил.

– Послушай, я ничего не видел, честно, – пытается успокоить он меня. – Но постарайся в следующий раз держаться подальше от окон, хорошо? – Он качает головой. – И вообще я просто хотел сказать, что впервые видел, как ты улыбаешься. Похоже, она делала тебя счастливым. Хотя трудно представить мужчину, которого она не сделала бы счастливым.

– Заткнись, черт побери, – бормочу я, а затем нагибаюсь, поднимаю инструменты и закидываю их в небольшой ящик.

Боже. Как мы могли быть так беспечны? Никогда не хотел бы, чтобы он увидел Джордан голой.

– Так куда она уехала? – спрашивает Крамер. – Вы расстались?

Я игнорирую его вопросы, собирая свое барахло, чтобы поскорее сбежать в дом.

– Неужели ты все испоганил, мужик? – смеется он и делает глоток пива. – Ты заполучил великолепную девушку – молодую, сексуальную, с прекрасным телом – и умудрился потерять ее.

Я бросаю гаечный ключ на землю и несусь к забору, разделяющему наши участки.

– Я надеру тебе задницу. Заткнись на хрен.

– Значит, теперь она свободна?

– Сукин сын, – рычу я.

Он только смеется в ответ на мои слова. Должно быть, я очень забавный.

– А теперь ты определенно грустишь, – говорит Крамер. – Женщин не так уж трудно сделать счастливыми, если ты хотя бы немного этого хочешь.

– Я способен сделать женщину счастливой, – огрызаюсь я.

 – Но дело не в этом. Молодые девушки должны встречаться с молодыми парнями. Так что не забывай об этом, когда столкнешься с одной из них. Джордан заслуживает кого-то своего возраста.

Крамер задумчиво кивает. А потом пристально смотрит на меня.

– А ведь твой сын – ее ровесник, верно? Значит, он обращался с ней лучше, чем ты?

Я тяжело вздыхаю, но не отвечаю. А он одаривает меня самодовольной улыбкой и возвращается в дом.

Дело не в этом, засранец.