– Пайк, ты же не можешь жениться на ней, – заявляет Датч так, будто знает, о чем я сейчас думаю. – Ты ведь понимаешь это, да?

Я стою к нему спиной, вешая на верстак ненужные инструменты, которые до этого свалил на стол.

Девять дней назад я с ним согласился бы. И сказал бы, что он прав.

Люди будут судачить о нас. Хотя они, скорее всего, уже о нас говорят. Люди посчитают, что это неприлично и неправильно, ее одноклассники станут подшучивать над ней, и никто не воспримет наши отношения всерьез. А потом всем городом станут обсуждать, что она слишком молода, а еще сменила сына на отца.

Но сейчас я уже не так уверен в этом. Кого волнует, что думают люди? Мы справились бы с этим, ведь друзей у Джордан так же мало, как и у меня. И стоит ли переживать о том, что скажут незнакомцы?

Мы будем офигительно счастливы, и в конце концов люди найдут новый повод для обсуждения.

Джордан хотела меня. Хотела любить меня.

Она была готова бороться за нас.

– Она другая, – покачав головой, не соглашаюсь я.

– Нет, это не так, – возражает Датч. – Она молода и полна надежд. И мы были такими же раньше."

"Я медленно поворачиваюсь и смотрю на него, он редко не поддерживает меня.

Поэтому я внимательно слушаю его слова.

– Для нее все в новинку, и ей еще многое предстоит испытать, – говорит он. – Джордан радуется жизни и заставляет тебя вспомнить, каково это. Мы тоже были такими, пока не выросли и не поняли, что не станем летчиками-истребителями, спасающими мир, или королями Уолл-Стрит, разъезжающими на длинных лимузинах. – Датч тихо смеется и откидывается на спинку стула. – Но потом появились счета, которые нужно было оплачивать, и обязанности, которых с годами становилось все больше.

Он опускает глаза, но я вижу все эмоции на его лице. Он любит свою жизнь и обожает жену с детьми, но, если бы мы могли вернуться назад и исправить хотя бы одну вещь в прошлом, мы бы тут же решились на это.

Но мы все еще сидим здесь и, к сожалению, разучились с нетерпением смотреть в будущее.

– Послушай, мужик. – Он вновь смотрит на меня. – Тебе было весело с ней. И я не осуждаю тебя за это. Если секс хорош, то почему бы не наслаждаться друг другом. Но ты должен подумать о будущем и понимать, что так будет не всегда. – Нахмурив брови, он замолкает на мгновение.

 – Через десять лет она проснется и увидит в Интернете фотографию школьной подруги, которая путешествует по Непалу или где-то еще, а потом осмотрится по сторонам и поймет, что застряла в этом городке с двумя детьми и пятидесятилетним мужем, большая часть жизни которого уже прошла.

Я молчу, но его слова оседают у меня в животе словно кирпичи.

– Думаешь, она не пожалеет, что выбрала тебя, осознавая, что ее лучшие годы почти прошли? – спрашивает он.

Но не ждет от меня ответа, потому что и сам знает, что прав.