Но что бы он ни говорил, что бы я ни узнала, я готова была защищать Сашу любой ценой. Его спокойное лицо, его дыхание — это было всё, что сейчас удерживало меня от того, чтобы погрузиться в бездну отчаяния.

Мои мысли блуждали между правдой, которую я узнала от Амира, и тем, что только что сказал Ахмад. Он подтвердил самое страшное: Рамиль был мёртв, и это его рук дело. Моя мать… моя сестра Алена… Все они погибли из-за него. Он просто признал это, как будто это был неизбежный результат. Без капли раскаяния.

Как я могу жить с этим? Как я могу смотреть в глаза человеку, который разрушил всё, что мне было дорого?

Я прижала руку Саши к своему лицу, позволяя горячим слезам стекать по щекам.

Как теперь мне доверять хоть кому-то, когда всё, что я знала, оказалось ложью? Как мне понять, где правда, а где — искусно сплетённая сеть манипуляций? Всё, что я чувствовала сейчас, — это глубокая, бездонная пропасть внутри. Я снова ощущала себя маленькой девочкой, потерянной в этом мире.

Но мне нельзя было сдаться. Не сейчас, не тогда, когда дети нуждались в моём защите больше всего. Мой взгляд упал на Сашино лицо, такое мирное, как если бы весь этот хаос не касался его.

Но я знала, что он тоже страдал. Страдал от того, что произошло. Этот мир был несправедлив к нему. И мне нужно было защитить его. Только вот от кого?

От Амира, который рассказал мне все эти страшные вещи? Или от Ахмада, который признался в них?

Я не знала ответа. Слёзы больше не помогали. Весь мир был полон серых теней. И я больше не понимала, где свет, а где тьма. Ахмад. Каждая мысль о нём теперь причиняла мне острую боль. Я не могла смириться с тем, что он просто признал правду. Ему было всё равно, как будто его не терзали ночные кошмары о том, что он сделал.

Не было ни одного извинения, ни одного слова раскаяния. Я ожидала этого, хотела услышать хотя бы каплю сожаления… Но нет. Всё, что я получила, — это холодное подтверждение, что он разрушил мои самые важные связи в жизни.

""Я ненавижу тебя...""

Эти слова, что я выкрикнула в гневе, эхом раздавались в моей голове снова и снова. Но ведь я говорила правду, не так ли? Я действительно его ненавидела. Ненавидела его за каждую потерю, которую я понесла из-за его решений, его жестокости. Он сломал мою жизнь.

И я не могла больше смотреть на него, как на человека, который когда-то спасал меня.

Я услышала тихий стук в дверь. Молодая няня, заботившаяся о детях, робко заглянула в палату.

— Госпожа Виктория, — её голос был тихим, едва слышным. — Всё в порядке?

Я закрыла глаза на мгновение, пытаясь привести в порядок мысли. Что я могла ей сказать? Что я стою на краю обрыва, не зная, куда идти?

— Всё в порядке, — ответила я, хотя в моей голове звучали совсем другие слова.

Она кивнула и ушла, оставив меня в одиночестве.