И это больше всего не нравилось Юрке Храпову – то, что происходило с Андреем Бондаревым по прозвищу Умник.

Когда парнишка только попал к ним, Юрий был уверен, что Марк его сломает. С самого начала в Бондареве ощущалось что-то, что выделяло его из десятка умелых мальчиков-крупье с ловкими пальцами, которых Храпов повидал за много лет. Он был слишком себе на уме, слишком наособицу. Не парень, а ходячий черный ящик: Юрка никогда не мог бы сказать, о чем он думает. К тому же в его молчаливости, в неторопливости, с которой он выполнял распоряжения Паулса, чувствовалась готовность сделать по-своему и тихое, но основательное упрямство.

А таких людей Марк ненавидел и стремился подчинить.

После убийства Сашки-Ковриги Бондарев пару дней ходил будто замороженный. Ходит, ест, даже говорит – а в глазах ничего нет. Замерз. Потом, правда, оттаял, улыбаться стал, шутить и вроде бы забыл все случившееся как страшный сон.

Однако что-то в нем все-таки произошло за эти два дня. Андрей не сломался, как опасался Юрка, не превратился в трусливого слизняка, беспрекословно выполняющего все приказы Марка. Был когда-то в их группе и такой, но долго не продержался: сбежал на Украину, два месяца прятался где-то в Крыму, а затем его распухший труп выловили рыбаки возле небольшого курортного поселка."

"Но Бондарев не пошел по его пути. Вместо этого он словно сказал себе: «Все позволено». Понемногу пробовал пределы допустимого и каждый раз убеждался: можно, можно, смело ступай дальше. Первый раз это случилось, когда Андрей «уговорил» девчонку Гройса работать на них. Именно тогда Юрка, а за ним и все остальные увидели совсем другого Умника: безжалостного и хитрого.

Храпов спрашивал себя – смог бы он сам изрезать девчонке лицо? И честно признавался, что не смог бы. Из всей их группы подобное мог сотворить только Марк. Васька просто зарезал бы, без лишних мучений. Арнольд свернул бы ей шею при необходимости. А у Юрки кишка была тонка для таких дел, и он их сторонился.

Пока девчонка училась в своей школе при казино, Бондарев не терял времени зря. Для начала он придумал один за другим два проекта по ограблению банков. Первый из двух отверг даже Паулс – по причине избыточного количества трупов, заложенных в бондаревскую схему.

– Ты предлагаешь положить четырех охранников и кассира. Вся ментовка на уши после такого встанет! – сердито сказал он Бондареву.

Андрей почти не огорчился, лишь пожал плечами:

– Ну нет так нет.

И уселся что-то чертить, насвистывая себе под нос.

А на следующий день предложил второй проект. Расписал роли, дал расклад по времени и жертвам… Выходило, что придется застрелить только одного охранника. Если очень не повезет – то двоих.

Паулс задумался, глядя на схему Умника.

– Сколько можно взять? – спросил он наконец.