Он почувствовал, что разгадка где-то совсем близко. Всё вокруг было создано, лишь для того, чтобы запутать его. Но если так, то…

В этот момент Ворон подумал о сказанных Пандорой словах: «Иметь надежду — значит иметь веру. Веру во что-то за пределами твоих сил и твоей воли. Веру за пределами человеческого».

Надежда.

Росток.

Вера.

Ящик.

Ключ.

Щёлк. Щёлк.

Разум объединял имеющуюся информацию, и в конце концов идея-мысль была сведена к решению. Странному и даже нелогичному, но вроде как решению.

«Я что, должен создать выход отсюда своей верой?»

Если его логическая цепочка была верна, то сперва ему нужно было начать верить в то, что он собирается делать, чтобы проростить росток надежды, а затем…

«А что я должен сделать потом? Создать дверь? Но что же тогда за свет я видел в самом начале?»

Хотя казалось, он и нашёл подсказку, воплощение идеи было не таким лёгким. Думая об этом, Уилл понял, что всё это неважно. Если он прав, и ему нужно создать выход, он может быть любым. Дверью, телепортом или туннелем. Чёрт, да можно даже к херам разнести всё вокруг!

«Что ж, тогда давай попробуем!»

Глава 446. Женщина «без лица»

Ворон старался сосредоточиться и найти в себе того юнца или же солдата, что надеялись на что-то, но постоянный зуд, ощущение ползающих по твоей коже паразитов и непрекращающиеся укусы сбивали с попыток вспомнить то чувство.

Уилл привык к труду. Привык к тому, что пролитые кровь и пот будут соответствующе вознаграждены, поэтому для него надежда являлась синонимом удачи, а уж в голове этой стервы было действительно много тараканов.

Конечно же, изредка он всё же надеялся на что-то неуловимое, на какой-то шанс, что всё будет хорошо, но это был скорее импульс, нежели обращенная к небесам молитва.

Последний раз он надеялся на чудо, когда во время переговоров прозвучали выстрелы, и тело девочки выбросили из окна.

Тогда он молился.

Неистово молился всем богам и надеялся, что она каким-то образом всё же сможет выжить, но… Небесам было плевать, удача осталась лишь наблюдателем, а надежда… Она окончательно умерла, превратившись лишь в рефлекс сознания.

Именно тогда случился переломный момент в его вере. С момента начала игры сложные ситуации взывали к этому самому рефлексу, но это и на толику не было близко к тому, что испытывают истинно нуждающиеся.

Перед глазами проносились события, где удача сыграла свою роль, но необходимые эмоции вызвать очень сложно. Особенно если речь идёт о чём-то духовном. В книгах, что он читал, надежда описывалась как желание или ожидание чего-то приятного, соединенное с уверенностью в возможность осуществления.