Сила вместо умения, ненависть вместо таланта.

Удары по-настоящему пудовых кулаков проламывают черепа, сминают ребра и вышибают хрупкие позвонки наружу. Каждый мой хук несет смерть. Каждый апперкот подбрасывает в воздух хлипкое тело или срывает с погона башню очередного неудачника. Поневоле качаю головой – индийское кино, а не драка…

Безумцы почти мгновенно прогрызают пассивный щит и начинают упорно биться об артефактную броню. Черные когти раз за разом снимают с доспеха микронную стружку. Белоснежные клыки калечат мифрил тысячами микровыбоин. Пятна кислоты и термические удары вышибают молекулярные цепочки из уникальной стали.

Вода точит камень, травинка взламывает асфальт…

Разница в характеристиках запредельна – тварям проще убиться о мифрил, чем пробить доспех. Но демонов много, очень много! Удары в спину игнорят умения честного боя – я не могу уклоняться и блокировать, работают лишь модификаторы физического сопротивления и брони. Урон идет почти всегда со звездочкой крита, хотя в основном цифра повреждений частит сиротливыми нулями. Наверное, со стороны это даже красиво – в небеса бесконечным потоком мчатся красные цифры полученных повреждений: «0… 12… 0… 0… 4… 0*… 0… 0… 21*… 0… 7… 19*…» Часто, очень часто…

Сотня хлестких ударов в секунду – это по-прежнему сотня ударов.

Цепи и когти находят щели в доспехе, кислота затекает в сочленения брони, а непрекращающийся огонь стрелков бьет правых и виноватых. В этом вся философия демонов – враг должен страдать больше, чем ты. Если достается врагу, то и по своим бить не зазорно.

Жизнь утекает из меня тонкой, но очень быстрой струйкой. Едва успеваю бросать взгляды по сторонам, пытаясь сохранить управление боем.

Парней практически не видно, лишь шевелятся неестественно огромные кучи демонов. Нас захлестнуло и затопило мелкими тварями. Окутало цепями, рвущимися как гнилые нити под напряжением трехсотуровневых мышц былинных богатырей.

Лечение нам не светит – кастовать под градом ударов практически невозможно, а организовать нормальный тыл мы не в состоянии. Зена бьется наравне со всеми, прикрываясь небольшим щитом из огромной чешуйки древнего дракона и довольно ловко орудуя сверкающей булавой. Однако ей тяжелее всех – клирик не воин, пассивных умений ближнего боя не имеет, удары по ней проходят чаще и жестче.

Статистический макрос записал на счет экс-наемницы чуть больше полусотни тварей, однако сама старушка уже потеряла половину хитов. Захлебывается регенерация, тают фиалы, но общий дебет здоровья по-прежнему отрицательный.

Даю Гумунгусу команду охранять клирика, хотя толку в этом чуть – просто рядом с микрохолмом гоблинши вырастает макрохолм медведя. Снять с нее нападающих мой пет не в состоянии.