— Никому другому не разрешу к тебе приблизиться, — рычит, я получаю свою дозу наркотика, пускаю его по венам, кайфую…. Дохожу до пика, я в нирване… Ганс… жив…

— Сам издеваться будешь? — Шепчу, он еще шаг делает и своим телом меня еще больше в стену впечатывает.

— Только я, — улыбается, и губы мои языком облизывает, тело дрожит, за плечи его хватаюсь… Как давно он уже ко мне не прикасался. Грубый поцелуй, болезненный… и такой кайфовый… стону от удовольствия, от его властного языка, который меня приручает, приказывает и пленяет.

— Сволочь, — шепчу, за что тут же получаю шлепок по попке, сильный, громкий, обжигающий…

— Не борзей, — рычит и отстраняется. Опять?? Меня взрывает, какого хрена???

— Зачем меня сюда тащить?? Зачем все это?? — У меня как будто крышу срывает, ну реально, зачем??

— Чего завелась? — Зажигает керосиновую лампу… Я такую только на даче у нас видела, у дедушки.

— Нахрен я тебе нужна? Ты ж трахаешь кого-то?? — Ору, я себя не контролирую.

— Лучше притормози, — брови сводит, злится, не нравится?? А мне тоже не нравится!! Много чего не нравится!!!

— Ты ко мне не прикасаешься, пальцем не трогаешь, как на картину любуешься и пыль протираешь, — слезы из глаз катятся, это все… Последняя капля, я взрываюсь в момент.

— Дура, — рычит, кулаков в стену бьет, да так, что все дрожать начинает, — идиотка!!!

— Ну так найди себе лучше! — Хромаю к выходу, закусываю губу, чтобы не завыть от боли.

— Далеко собралась? — Угрожающий тон, мне не позволят никуда выйти, я тут ничего не решаю, а и срать! Где наша не пропадала?

— Нахрен! — Ору и средний палец ему показываю, гордо ковыляю дальше, меня хватают сразу же. Больно, резко, за руку, которая болит, которой я так удачно в колокольню зарядила.

— Ай-яй-яй, — я захожусь в визге ужасном, тут же на подвернутую ногу вес переношу и ору дико, Ганс меня на руки подхватывает.

— Какого хрена?? — На кровать меня укладывает. — Чего визжишь?

— Рука, — хнычу, — и нога.

Ганс ближе лампу подносит, штаны с меня сдергивает и ногу хватает в руки. Она уже опухла и болит от прикосновений, у меня сопли пузырями и слезы. Потом на руку смотрит, там картина получше, всего лишь маленькая опухлость, но все равно дискомфорт.

— Что с рукой? — Брови сводит и на меня внимательно смотрит.

— Когда убегала, меня схватили и я ударила мужика, — ладошкой слезы вытираю.

— А нога?

— Это уже здесь, — пальцем тыкаю на пол, в котором теперь дырка.

— Блядь, — опять за ногу мою хватается.

— Я не хотела…, - носом хлюпаю. Ганс встаёт и куда-то идет, берет коробку и возвращается ко мне.

— Что это? — Смотрю на огромную железную коробку.

— Аптечка, — открывает огромную коробку, а там и правда куча всего… такое количество, что я в полном шоке.

— Это твой дом? — Всматриваюсь в его лицо.