Одинокая кровать, серо-черное постельное белье, одна подушка.

Натан взглянул на окно, затянутое черными шторами.

Сейчас как никогда его обитель отражала истинные чувства.

Он допустил ошибку. Эмма пострадала. Пострадала Лиза.

Натан стянул рубашку и бросил ее под ноги. Перешагнул и присел на край постели, сминая руками покрывало.

«Исправить» – билось пульсом в голове слово, которое Натан ненавидел еще больше, чем собственную жизнь."

"Глава 26

Опять понедельник. Опять работа, которую я с каждым днем стала ненавидеть все сильнее. Усталость, одолевшая меня, не покидала тела. Бессонница внесла свои коррективы, и я с трудом добралась до кабинета, в котором хотела бы остаться наедине. Побыть в тишине, попытаться не думать, не анализировать, не искать скрытый смысл в словах, которые теперь звенели в голове ужасающей болью.

Натан умудрился встряхнуть меня так, что аж кости ломило, а внутренности перемешались, закрутились в узел и грозились лопнуть от напряжения.

И еще я была чертовски голодна, но тошнота не отступала, а в горле стоял комок из слез, мешавший дышать.

Сбросив верхнюю одежду на вешалку, я натянула поверх рубашки халат и плюхнулась на стул. Нормально переодеваться не было сил. Хорошо, что нет приема сегодня. Как-нибудь переживу этот день, а завтра… Нет, завтра не станет лучше, но, возможно, у меня появятся силы противостоять навалившемуся стрессу.

– Черт! – рыкнула сквозь зубы и ударила кулаками по столу.

Голова запульсировала с новой силой. Огромный шар, наполненный битым стеклом, иголками и еще непонятно чем, но очень болезненным. Мне нужны таблетки, чтобы одолеть хотя бы один недуг.

Но потом. Таблетки будут потом. Пока у меня нет сил даже найти аптечку в шкафу.

Беспомощная, разбитая и все еще не понимающая, что произошло.

Вот только сердце, бившееся в груди как загнанная зверушка, неумолимо трепетало, напоминая, что чувства во мне всё еще живы. Всё еще полны им.

Любить или возненавидеть? Я не хотела первого, потому что испытала колоссальную боль. Я желала второго, но не могла. Я все еще люблю Натана. И буду любить…

Резкий звук, ворвавшийся из реальности, привлек мое рассеянное внимание. Попыталась сосредоточиться. Вздрогнула, прислушиваясь к голосу того, кто вошел следом за стуком.

– Можно?

– Да, Марин. – Я подняла голову, которую секундой ранее обхватила руками, пытаясь унять боль, и взглянула на подчиненную.

Та глянула на меня, нахмурилась. Видимо, видок у меня был тот еще. Конечно, после того, что мне пришлось пережить в эти выходные, я не могла цвести и благоухать, а скорее источала вселенскую печаль.

– Вы просили подготовить списки, – начала она, осторожно приближаясь к столу.

Я кивнула. Меньше всего мне сейчас хотелось заниматься рабочими вопросами.