– Генерал подождал, пока опустеет кабинет, закрыл дистанционно дверь, щёлкнул тумблерами системы охраны. Вздохнул, выдержал паузу, негромко спросил: – Ну что, Оксана, как Тихон-то? Говорят, вроде лучше ему?

– Спасибо за заботу, товарищ генерал. – Оксана сразу не поняла, откуда дует ветер, но исполнилась подозрений. – Кушает хорошо… Кормлю исключительно натуралкой: печень, овсянка, говяжий фарш… Рыбку даю…

– Рад за кота, – почесал бровь генерал, – Однако он не просто идёт на поправку, но ещё и ходит внутри охраняемого периметра. В смысле болтается… Вот, почитай, – вытащил он из сейфа папку.

 – Дурдом какой-то. И смех, блин, и грех."

"В папке с грифом «Совершенно секретно» лежали две бумажки – одна за подписью капитана Миловидовой, другая вышла из-под пера майора Хлебниковой. Обе челобитные были на одну тему – о том, что рыжий кот, принадлежащий лично подполковнику Варенцовой, ходит сам по себе, без ошейника и поводка, огрызается, рычит и вообще проявляет замашки «вуайериста и зооманьяка» – рвётся, будто ему там валерьянкой намазано, в женский туалет на третьем этаже.

А ещё этот рыжий вышеозначенный кот…

– Да, – оторвалась от чтения пасквиля Оксана. – Шедевр. А вообще-то ведь всё правильно, кот гуляет сам по себе. Без ошейника и поводка… да ещё и без намордника, во жуть-то где… Олег, – посмотрела она внимательно на генерала, – давай уже, признавайся. Разговор ведь не о коте? Ну что там у нас приключилось такого нехорошего?

Она давно знала, что все серьёзные разговоры начальство начинает издалека.

– У нас, Оксана, утечка информации, – тяжело вздохнул генерал. – Голову сломали, а где, что – не можем понять.

Вероятно, радиозакладка, активизирующаяся на голос. Думали даже на твоего Тихона… Ну, что ветеринар вживил ему что-нибудь… Проверили обоих, всё чисто. В общем, подключайся. Сама понимаешь, нам утечки смерти подобны.

– Есть подключиться, – согласилась Оксана и посмотрела на часы. – Олег, я пойду, а? Тишка небось уже процедуру ждёт…

Кот действительно в нетерпении переминался у двери её кабинета. Будучи впущен, он вспрыгнул на стол и выгнул спину, подставляя хозяйским рукам истерзанную уколами холку.

Вот так-то, вместо того, чтобы удирать и забиваться под мебель.

Оксана раскупорила флакон, набрала большой шприц, осторожно проколола иглой крепкую кошачью кожу.

– Поехали… – И принялась запускать Тихону прописанный доктором физраствор. – Опаньки, хорошо пошло.

Шприц был размером чуть не со стакан, так что после инъекции на холке у Тихона получался временный горб не хуже верблюжьего, но кот против этого не возражал. Сидел с блаженным видом, жмурился, урчал и улыбался. Его можно было понять.