Инди беседует с Каролиной, сияя теплой улыбкой, и она не смотрит на меня и не отрывается от разговора, который ведет, но убирает мою руку с плеча и переплетает свои пальцы с моими, держа меня за руку.

– Ты ходила на игру вчера вечером? – спрашивает Каролина.

– Не смогла. – Инди скрещивает вторую руку на груди, двумя руками держа мою ладонь. Она легкая, сияющая и чертовски хороша в этом. – Я была в рабочей поездке, но смотрела игру по телевизору. Он потрясающий.

Стоп. Она смотрела матч в номере гостиницы?

– Тебе нравится твоя работа? Летать с «Рапторс». Звучит забавно.

– Я люблю свою работу, но когда я в разъездах, то скучаю по дому.

Она улыбается мне так мягко и любяще, но я знаю, что это ненастоящее. Я знаю, что все это притворство, но, черт возьми, я бы солгал, если бы сказал, что эта улыбка не переворачивает все у меня внутри.

– Есть шанс, что ты будешь в городе в следующий четверг? – спрашивает Каролина стоящую рядом со мной женщину. – Мы собирались поужинать с Итаном и Энни в эти выходные, но в последнюю минуту Рона пригласили выступить в его альма-матер. Завтра мы едем в Ганновер, но если вы двое сможете присоединиться к нам на следующей неделе, это было бы замечательно.

– Ганновер? Ганновер, штат Нью-Гэмпшир? – уточняет Инди, поворачиваясь к Рону. – Вы учились в Дартмуте?

– Учился, – его брови приподнимаются.

Она одобрительно кивает:

– Вы похожи на человека из Лиги Плюща.

Губы Рона слегка, почти незаметно вздрагивают, но для такого человека, как он, это равносильно улыбке во весь рот.

Инди может получить все, что захочет. Я даже не могу начать перечислять все, чем я обязан ей за сегодняшний вечер.

– Это была школа моей мечты.

У меня чуть шея не сворачивается от того, как быстро я поворачиваюсь, чтобы посмотреть на нее, прежде чем вспоминаю, что я ее парень, с которым она живет и который должен знать такие вещи.

– В эту школу трудно поступить. Мало кого принимают.

– Да, это правда, – лучезарная улыбка Инди меркнет, но она приходит в себя так быстро, что мне, возможно, это показалось.

В этот момент я осознаю, как много я не знаю об этой женщине и как бы мне хотелось это узнать.

Она снова поворачивается к Каролине:

– Прошу прощения за смену темы. Я буду в городе в следующий четверг, и мы с удовольствием с вами поужинаем.

Рон не хмурится, на его лице нет жестких морщин, кроме тех, что навсегда отпечатались на его коже от постоянного состояния разочарования. Но это самое мягкое выражение, которое я когда-либо видел, и это благодаря Инди.

Кстати, она ведет себя более официально, чем та взбалмошная девушка, которую я нашел плачущей в моей квартире, и я надеюсь, она знает, что ей не нужно притворяться больше, чем требуется.