Точнее, какая-то часть деревьев осталась, но она плотно сгрудилась в самой середине огороженной области, и теперь мирно шумит листвой, не выказывая никаких признаков активности.

Вскоре самолет приземлился недалеко от густой рощицы, и все смогли увидеть Михаила, что сидел как раз рядом с ней и жег костер. А в этом костре лежит изувеченная деревянная рожа.

Михаил выглядел потрепанным, одежды на нем практически не осталась, одни лишь пропитанные кровью лохмотья. Но лицо у него при этом крайне довольное. Видно, что человек прекрасно отдохнул. Да настолько, что теперь ему нужен еще один отдых.

— Миша! — Вика сразу подбежала к нему и крепко обняла. — Ты не пострадал? Я могу как-то помочь? Хочешь, Зяблик спалит весь этот лес? — она указала на уцелевшую рощицу.

— Ты можешь помочь, — устало проговорил Михаил. — Расскажи пожалуйста, что тут было? А то я помню, как выпил настойки, и всё…

* * *

Как хорошо быть лекарем. Боюсь представить, насколько должна болеть у меня голова после такого. Но все последствия перенесенного мною тяжелейшего алкогольного отравления сняло одно мощное заклинание. Да, пришлось потратиться, но это того стоило.

Теперь я хотя бы могу существовать.

Меня проводили в самолет, выдали новую одежду, и мы сразу отправились к моей башне. Никто не стал мучить расспросами, но и рассказывать о произошедшем здесь они тоже не торопились. Разве что Вика отвела меня в комнату, уложила в постель и заставила хорошенько отоспаться, чему я был предельно рад. Да, после такого отдыха обязательно нужен отдых, правильно Черномор говорит.

А лес, кстати, теперь и не живой вовсе, а вполне обычный. Возможно, среди деревьев еще прячутся перепуганные энты, но они вряд ли когда-либо осмелятся выйти к людям.

Сейчас же я сижу и в подробностях рассказываю своим людям, что происходило под непроницаемым куполом. Разумеется, память я себе восстановил полностью, и узнал о себе много нового. И судя по лицам друидов, они теперь больше не будут употреблять эту настойку. Тем более, предлагать ее деревьям.

— Но как, Михаил? — возмутился старик. — Как получилось сделать из живого леса статичный, без магии друидов? Это ведь невозможно!

— Ну так это… — замялся я. — Надо было просто напугать их, а они уже сами всё сделали, — развел я руками.

Ну ведь это чистая правда! Страх — великая сила. Я называю это заклинанием «мама, роди меня обратно». Впрочем, деревья примерно так же говорили, когда голуби сбросили меня в самую чащу леса.

— Но что же нужно сделать, чтобы вот так напугать бесстрашных энтов? — воскликнули друиды. — В них ведь не заложено чувство страха, его попросту не может быть!

— Ой, про демонов так же говорили, — махнул я рукой. — И про зомби… У всего есть свой предел. Можно даже камень напугать, тоже побежит, как ошпаренный.