В лекционный зал, покачивая портфелем, вошел магистр в черной преподавательской мантии.

– Маэтр Ваэрд, превосходно выглядите! – Он подчеркнуто сделал вид, будто бранная надпись на доске является частью интерьера, и пристроил портфель на преподавательской кафедре. – Милая дама, занимайте место. Минута на подготовку к лекции.

Бросив на Гаррета уничижительный взгляд, я села рядом с подружкой, передумавшей падать в обморок, и начала раскладывать письменные принадлежности. А Ваэрд вдруг устроил представление с раздеванием!

Замерев от такого удивительного поворота, я проследила, как с непроницаемым видом он расстегнул пиджак и стянул его с крепких плеч, оставшись в белой сорочке из дорогого материала. К сожалению, на этом разврат закончился. Как-то слабенько и без огонька.

Проходя мимо, Гаррет швырнул снятый пиджак передо мной, прикрыв папку с писчей бумагой.

– Внезапно…

– Чистка за твой счет, Шай-Эр, – на ходу распорядился он.

Угу. Бегу и падаю, теряя по пути остатки гордости.

Я дождалась, когда он усядется где-то там, наверху, и небрежным жестом смахнула пиджак в проход. Вещь упала с тихим шелестом и покрыла пол получше всякого коврика.

Пока профессор избавлялся от бранной надписи с помощью собственного носового платка и записывал тему лекции мелкими плохо читаемыми буквами, Юна тихо спросила:

– Ты же не пойдешь на дуэль?

– Какая дуэль? – поморщилась я. – Мы просто поцапались.

– Да? – неуверенно переспросила она. – Но Гаррет выглядел таким страшным и серьезным.

– Парни всегда выглядят страшными и серьезными, когда не знают, чем ответить девушке. Если ты в сердцах грозишь кого-нибудь прикончить, то правда хватаешься за нож?

– Я никогда и никому не говорю таких ужасных вещей! – уверенно заявила Юна и добавила на тот случай, если в первый раз показалась неубедительной: – Никогда-никогда!

Тут профессор отвернулся от доски, и мы немедленно прикусили языки. В возбужденно гудящей после инцидента аудитории постепенно воцарилась тишина, разве что кто-то шелестел писчей бумагой или с чьего-то стола звонко падало самописное перо. Дождавшись всеобщего молчания, преподаватель отряхнул руки, но замер на мгновение и с удивлением указал пальцем:

– Маэтр Ваэрд, вы уронили пиджак?

– Нет, магистр, – натужно проскрипели где-то на верхних рядах, по всей видимости, прожигая мой затылок злобным взглядом.

Проблем со зрением у Гаррета Ваэрда точно не имелось: от доски садился высоко, видел далеко, просто глаз-алмаз. И ведь этот… алмазный не соврал: пиджак уронил не он, а я. Вопрос в том, кому униженно поднимать."

"Узнать душераздирающую развязку не удалось. Едва лекция закончилась, мы с Юной быстренько собрали вещички и припустили на выход.