Парень покраснел до корней волос:

— Привет. Я… я надеюсь, что вы не сердитесь, что я зашел на конюшню. Лошади сводят меня с ума.

— Конечно, я ничего не имею против, — ответил Шон, пытаясь помочь застенчивому пареньку овладеть собой. «Так вот какой у Монтегью сын. Кажется, он боится собственной тени, нет сомнений, отец наводит на него такой ужас, что из него дерьмо сыплется».

— Он просто красавец, — заметил Джонни, протягивая руку, чтобы погладить шею Люцифера. — Вы собираетесь участвовать в скачках?

— Может быть. — Шон спешился. — А вы интересуетесь скачками?

— О да, — живо откликнулся Джонни. — Моя мама говорила мне, что Килдэр — это центр Ирландии в том, что касается скачек. Я бы отдал все на свете, чтобы увидеть Каре. Он остался все таким же, как в те времена, когда она жила здесь?

Шон кивнул:

— Да, это поле с великолепной густой травой, раскинувшееся на пять тысяч акров, и ни единого кустика или деревца.

— Джонни отлично управляется с лошадьми, — с гордостью заметила Эмерелд.

Раскрываясь навстречу обаянию Шона, Джонни поделился с ним:

— Мне нравится объезжать их, но у моего отца совершенно другие взгляды. Он отправляет меня в Адмиралтейство, несмотря на то что море пугает меня и я ужасно страдаю от морской болезни.

— Это очень плохо, а я-то собирался попозже пригласить вас взглянуть на мою новую шхуну. — Шон посмотрел на Эмерелд, молча приглашая ее на свой корабль.

— Спасибо, но я лучше останусь здесь с лошадьми, если вы не возражаете, — ответил Джонни.

— Будьте моим гостем. Вам как-нибудь надо приехать в Грейстоунс без отца, и мы отправимся на Каре и посмотрим скачки.

— Господи, как бы мне этого хотелось! — Джон порывисто потряс руку Шона. У него было не слишком много друзей среди сверстников, и ему с трудом верилось, что О'Тул, капитан собственного судна, обращается с ним, как с равным.

— Мне следует вернуться на праздник, — проговорил Шон, прося извинить его.

Когда он ушел, Джонни сказал сестре:

— Это великолепное место, тебе нравится здесь?

Эмерелд наморщила носик:

— Нравилось, пока ты не помешал нам.

— Тебе не следовало оставаться с ним наедине.

— Ты не дал нам возможности побыть одним!

— Мне очень жаль, — смягчился брат. — Пойди разыщи его, тебе не нужно оставаться здесь со мной.

Эмерелд проходила мимо каменной балюстрады, когда юбки Кэтлин О'Тул грациозно прошуршали вниз по ступеням террасы.

— Так вот ты где, я повсюду тебя искала, дорогая. — Она взяла крошечную ладонь Эмерелд в свои. — Пойдем-ка со мной, чтобы мы могли поболтать наедине.

Она провела девушку в величественную гостиную. Кэтлин усадила ее на диванчик с подушками в нише окна, выходящего на обнесенный стеной сад, и подала ей бокал вина.

— Я Кэтлин О'Тул.