А о моем настрое и спрашивать нечего, раз у него-то всё серьезно!»

Усталость от безумного дня навалилась гранитной плитой, сил объясняться у Таи просто не было, она безропотно позволила усадить себя в машину Красмана, припаркованную у больницы, и отвезти ее до дома, сказав на прощанье:"

"— Герман, я правда польщена твоим серьезным вниманием к моей скромной персоне, но я человек, сам знаешь, с трудным нравом, мне самой еще все обмозговать надо. Вот завтра поеду на дачу, все обдумаю в одиночестве, а с тобой после поговорим, куда я денусь, раз мы вместе работаем и постоянно пересекаемся в больнице.

Глава 7. Перелом судьбы

Старенький пазик, битком набитый пассажирами, прыгал по кочкам поселковых дорог, двигаясь ужасающе медленно. Сквозь проржавевшие дыры в кузове и из-под дверей в салон проникала пыль и клубилась у ног, выкрашивая джинсы и штаны всех дачников в унылый серый цвет, такой же унылый, как пасмурная погода за окнами и свинцовое небо.

Тая прибежала на автовокзал в последний момент и сейчас была распластана по передней двери, нетерпеливо ожидая первой остановки, которая уменьшила бы давление на нее других стоящих пассажиров и их сумок и пакетов, набитых продуктами и садовым инвентарем. В данный момент правому бедру Таи было холодно от прижавшегося к ноге пакета с какими-то замороженными продуктами, а левое бедро на каждом подскоке автобуса нещадно билось о черенок лопаты, покрываясь синяками.

«Самое время поразмыслить над предложением Красмана, — хмыкала про себя Тая. — Если бы не воротила нос от кавалера, а сразу бросилась бы ему на грудь с радостным воплем: «Ты мужчина моей мечты! Я сознательно изводила тебя своим ехидством, чтобы внимание на меня обратил!», то сейчас катила бы себе в удобной новой иномарке с климат-контролем. Может, Красман так и предполагал, что мое противостояние ему — способ обратить на себя его внимание? Кажется, кто-то из медсестер пробовал провернуть с ним нечто подобное, слухи такие ходили. Увы, той девушке не повезло, Красман так и не заметил, что его старательно «гордо игнорируют» и «вообще им не интересуются», чем страшно девушку обидел. М-да, но я-то взрослый, разумный человек, в такие игры не играла и не играю, и меня Герман как мужчина совсем не привлекает. Стерпится-слюбится? О, представляю, как много придется терпеть, особенно от его мамочки — мне хватило одной беглой встречи с ней, чтобы пожелать никогда больше не встречаться — это же не женщина, это пиранья!»

Автобус тряхнуло сильнее, чем раньше, и занесло на крутом повороте. Тая крепче вцепилась в поручень и расставила ноги поустойчивей, а по салону вдруг разнесся вопль, изданный стоящими впереди пассажирами.