Ее сестра была полностью, абсолютно свободна! И она сама, Таяра, была свободна в ее теле! Могла дружить, с кем захочет, выбрать в женихи, кого вздумается, могла разъезжать хоть по всему миру, если пожелает, и без всякой охраны, без позволения родителей и без толпы сопровождающих!

Таяре сразу захотелось такой же свободы для себя. Избавиться от ненавистного жениха, кошмарных снов, вечной скуки дворца, в котором нечем было заняться, кроме как изводить слуг, учителей и придворных! Первое такое желание было смутным, как грезы о несбыточном, но появление великолепного Геры перевернуло Таяре сердце и душу, заставило желание остаться на Земле разгореться ярким пламенем. И вот — она осталась, отправив свою сестру в вечную ссылку в тот мир, в который сама ни за что не пожелала бы вернуться…

До сих пор она смутно помнила тот момент, когда почувствовала, как сестра пытается вселиться в её новое тело. Такого ужаса, злости, ощущения непоправимого несчастья Таяра не испытывала никогда в жизни! Дальше она действовала и что-то кричала на голых инстинктах, понимая лишь одно — если не воспротивится сейчас, то потом будет поздно, навсегда поздно, никто и ничто не спасёт её от жуткой судьбы невесты и жены некроманта.

И судьбы повернулась к ней лицом, позволила остаться на Земле, и вместе с ней осталась на сердце тяжелая и гадкая вина перед сестрой, чью жизнь она присвоила себе…"

"Наступил день, когда принцессу Таяру Амалию Грандину Сиарет должны были выписать из провинциальной российской больницы. Гера забежал утром предупредить, что сам довезёт ее домой на машине, а мать позвонила по телефону, сказав, что будет ждать её с горячим обедом. Таяра зябко передёрнула плечами, страшась покинуть белые стены палаты, в которых жизнь шла уже привычным чередом, и сменить эти верные надёжные стены на целый удивительный новый мир. Она последовала всем советам своей старшей сестры и изо всех сил училась читать и писать, что удавалось без особых проблем — в памяти тела хранились необходимые знания, а моторная память рук позволяла ей выдавать на листах широкий размашистый почерк, похожий на её, но куда более чёткий и уверенный. Она научилась пользоваться мобильным телефоном, телевизором, имевшимся в палате, огромными от изумления глазами смотрела телевизионные передачи, вникая в особенности мира, в котором собралась жить. Детские воспоминания о технологиях Земли были смутными, напуганная венценосными родителями принцесса изо всех сил забывала всё, что подсмотрела в чужом мире, а проводя порой часы в теле сестры в далёком детстве, старательно молчала и испуганно отсиживалась в уголке.