— Потом пришла еще какая-то женщина и спросила, хочу ли я подержать своего сына перед тем, как его заберут. Я не знала, хочу ли я. «А что, люди так делают?» — спросила я ее. «Да, — ответила она. — Чтобы проститься». Так она сказала. Когда его мне принесли, на нем была шапочка, кто-то надел. Как будто мы могли позволить себе эту роскошь — чувствовать холод.

Я замолкаю и прямо рукой отправляю в рот горсть бобов. Я только поняла, как я голодна. Не помню, когда в последний раз ела.

— Они сказали, что мне нужно зарегистрировать его смерть в течение сорока восьми часов. Я не стала. Сказать по правде, я немного из-за этого переживаю. Как думаете, это преступление?

Укачивая Джошуа, я подхожу к двери на балкон и открываю ее. Мне нужно подышать свежим воздухом. Я беру с книжной полки бинокль и смотрю через мокрый двор на дом Уинни. Интересно, чем она занята. Я ее уже два дня не видела, с тех пор как к ней приходил Дэниел. Я видела, как он раздвинул занавески, приготовил ей поесть, сидел с ней рядом на диване, доставал из коробки на коленях бумажные платочки. На кофейном столике стояла ее тарелка с нетронутой едой.

Ах, да, вспоминаю я и кладу бинокль на место. Ее же нет дома. Она в тюрьме.

Я повернулась к Фрэнси:

— Ну, вот и все, — смеюсь я. — Моя история «рождения». Я рада, что до меня дошла очередь. Я хотела вызваться в тот вечер, когда Уинни отказалась. Но не знаю, что-то я засмущалась.

— В какой вечер? — спросила Нэлл.

— Четвертого июля в «Веселой ламе».

— А ты там была?

— Да. Сначала я сидела внутри, у бара, и наблюдала за вами. Я собиралась к вам присоединиться, но мне было неловко. Я никогда не чувствовала себя полноправным членом вашей группы. А потом я, конечно же, познакомилась с парнем.

Я вспоминаю, как он стоял и смотрел на меня. Я знала, чего он хочет. Я только что видела, как он пытался подкатить к Уинни. Сначала он откровенно рассматривал меня со своего места за баром. Потом улыбнулся. Потом подошел и притянул к себе мое тело. Уинни ему сразу отказала, но я не смогла устоять.

— Я согласилась с ним выпить, — рассказываю я Фрэнси. — А потом все само закрутилось. — Я вспоминаю, как мы стояли в туалетной кабинке, его руки были под моим платьем, он умолял меня пойти к нему. Если бы я только согласилась. Я вздыхаю и качаю головой. — У меня давно никого не было.

Фрэнси не двигается:

— На нем была красная кепка?

— Заметный персонаж, да? Он такой привлекательный. Но да, на нем была эта дурацкая кепка.

— Я не понимаю, — говорит Нэлл. — Как тебе удалось забрать ребенка. Ведь Альма…

— Альме повезло.

— Повезло? — спрашивает Нэлл.

— Да. Когда ты отдала мне ключ и я ушла из бара, я думала, что, возможно, придется с ней разбираться. Но она избавила меня от множества хлопот. Она крепко спала.