И как после этого не почувствовать себя нашкодившим ребенком? Но сейчас ей нужно было остаться взрослой.

— Мы бываем вместе.

— Только если до этого я приложила к этому какие-то невероятные усилия.

— Позавчера ходили в театр!

— Ходили. И мне понравилось. Я была очень рада. Но теперь еще год ждать от тебя чего-нибудь.

— Замечательно…

— Да.

— Ты ведешь себя как…

— Как кто?

— Как капризный ребенок.

Ну вот. А она в кои-то веке смогла сдержаться и гордилась этим.

Чудесно, пора оправдать его мнение.

— Хватит воспринимать меня как ребенка! Мне двадцать семь лет!

— А я и не воспринимаю, Яр.

Это ты себя так воспринимаешь.

— Неправда. Я взрослая самостоятельная женщина! Я…

— Салфетки в кармане сидения сзади.

— Что?

— Влажные салфетки. Ты ведь их ищешь? Сама дотянешься?

— Вот! Вот, ты опять! Я пытаюсь с тобой серьезно поговорить. Все, Гриш, это тупик, я хочу развестись.

— Нет.

Уф. Ну вот и приехали. И что дальше? Насколько Яра помнила, развод в одностороннем порядке тоже был возможен, только вот она надеялась, что они сделают это мирно.

В лифте поднимались молча. В темноте квартиры грозно щелкнул выключатель, осветив прихожую.

Отвернувшись от Грача, Яра снимала пальто и думала о том, что эта ночь будет ужасной. Может, на диване лечь? Не Гришу же туда отправлять, в самом деле…

А потом ее смяли в охапку и стали целовать.

— Гриша!

Яра попыталась отстраниться: она была зла, и ей не хотелось секса, и вообще решать проблемы через постель — за это любой психолог заживо сожрет, но Григорий держал крепко. Так что ее донесли до спальни и кинули на кровать. Матрас прогнулся и недовольно скрипнул. Григорий стянул через голову футболку и снова двинулся в наступление.

Что ж, на этот случай тоже был проверенный метод. Яра выдохнула и посмотрела ему в глаза.

— Я не хочу, — спокойно по слогам произнесла она.

В его взгляде мелькнуло разочарование, но он отстранился. Если она говорила «нет», он всегда останавливался. В отличие от нее. Она часто продолжала упрашивать.

— Мы не станем решать наши проблемы через постель, — добавила Яра, встала с кровати и направилась к шкафу. Надо было переодеться.

— Хорошо, — согласился Григорий. Он сел на кровать, уперся локтями в колени, сцепил ладони в замок и положил на них подбородок.

— Давай еще поговорим. Яр, никакого развода не будет. И потом, наши дети нам этого не простят.

Яра в ужасе обернулась.

— Какие дети?

— Пока что нерожденные, — улыбнулся Григорий.

— Гриш…

— Я не говорю, что мы должны приступить к их зачатию прямо сейчас. Но ведь однажды они будут, правда?

— Гриш. Ты меня слышишь? Я говорю тебе, что нам нужно разойтись.

— Угу. И я тебе уже дал ответ. Так что давай обсудим более приятные вещи. В каком возрасте ты планируешь рожать?

До шкафа Яра не дошла.