Но спустя год после родов у нее тяжело заболела мама, и они с мужем забрали ее к себе, и все деньги стали уходить на врачей и лекарства. Это было два года назад, и тогда Ксюше пришлось выйти на работу задолго до окончания отпуска по уходу за ребенком. Но вряд ли Яра имела право обо всем об этом кому-то рассказывать. А что касается нее: она же тоже не спешит рожать. И вообще собирается уйти от Гриши. И сама себе говорила, что лучше быть одной и завести любовника. Так получается, вот этого она хочет? Быть как Яна? Нет, она вовсе ее не осуждала, каждому свое, но ее ли это?

Вспомнился вчерашний вечер: сексом они так и не занимались, зато посмотрели фильм, и было хорошо и уютно, — и срочно захотелось домой, Грише под бок.

Пусть читает свою книгу, она тоже что-нибудь полистает. И они поговорят и найдут выход. Ей срочно нужно было к мужу. Вот прям сейчас.

И она отправила ему сообщение.

«Я пьяная. Заберешь меня?»

«Адрес».

Губы сами собой расползлись в глупой улыбке.

Самый надежный.

— Тоже сливаешься? — вздохнула Яна.

— Да, надо домой.

— Эх вы, женатики… — поморщилась она. — А что, твой муж правда сильно старше тебя?

— На пятнадцать лет, — выдала Яра удобоваримую для общества информацию.

— Ого! — уважительно вздернула бровь Янка. — Подожди, это если вы восемь лет вместе, а тебе двадцать семь… А с виду тихоня такая!

Яра улыбнулась. Ей вдруг вспомнилось, как много лет назад Гриша сказал, что было приятно почувствовать себя дерзким в чьих-то глазах. Кажется, сейчас она его поняла.

— Врушка, — констатировал Гриша, когда Яра села в машину, и он внимательно ее осмотрел. — И вовсе ты не пьяная.

— Бокал вина. И очень хотела, чтобы ты за мной приехал, — ответила она.

И он приехал. Плюс один пункт к ее списку его положительных качеств.

А вообще надо сжечь этот список. Все у них нормально.

— Домой?

— А возможны варианты?

Пусть будут варианты. Ей совсем не хотелось домой, хотелось гулять по ночному городу, и чувствовать его руку на своем плече, и пытаться разглядеть звезды в светлом от городских огней небе, и забрести на рассвете в какое-нибудь круглосуточное кафе, пить отвратительный кофе с привкусом химии и болтать обо всем на свете. Хотелось делать все то, чего у нее никогда не было, хотя ей казалось, что такое было у всех.

Ну что им мешает? Завтра же суббота. Отоспятся…

Вот мама бы точно смогла уговорить отца на такое. Или нет?

После их разговора на кухне Яра уже ни в чем не была уверена.

— Вообще я хочу спать, — ответил Гриша.

И все, что Яра заново почувствовала за последний час, рухнуло.

Она больше не могла сама с этим справляться. Ей нужна была помощь.

«Просто скажи ему это», — подумала она.

Забавно, когда-то с такими же мыслями она первый раз признавалась ему в любви.