Если всё будет идти так, как надо, то примерно через полтора месяца, мы встретимся у Байкала. Брофа я беру на себя. Он пропустит ваши войска. Но у вас будет всего неделя.

Жду ответа.

Глава великого рода Де Макаров С. О.'

— Вот мы и проверили наших союзников, — сказал я, когда Эмери отложила письмо.

— И ты бы согласился выдать Элин замуж за его внука? — спросила Эмери. Я понимал почему у меня об этом спросила Эмери.

— Макаров не стал бы настаивать на браке, если бы Вадим и Элин не сошлись характерами. Однако пока они маленькие мы смогли бы направить их друг к другу.

И когда они выросли, сами пришли бы просить благословения.

— Суть то остаётся та же! — настаивала на своём Эмери.

— Мам, Светлана хотела использовать мой дар и держать в темнице! Дааа… Сейчас это кажется невозможным, но я напомню, что тогда был жив её отец, АРХИМАГ! Я был обычным целителем, а Светлана была УЖЕ мастером. Да она бы меня в бараний рог скрутила и не поморщилась. А что касается рода Макаровых, то ты и Степан Осипович архимагистры. Наши рода примерно равны по силе.

— Хорошо, я поняла тебя, — сказала Эмери.

— И прошу прощения, что снова завела эту тему. — Я кивнул, и спустя несколько минут она спросила. — Что ты ответишь Макарову?

— Вначале Гавриил-Александр, — ответил я, — потом будем исходить из обстановки.

Через пару минут в комнату, в которой я сидел с Эмери, зашли Ланель и Аяна.

Они сели напротив меня, и выжидательно посмотрели на свекровь.

— И что ты задумала на этот раз? — спросил я у матери.

— Если всё получится, и император умрёт, то в текущем положении у Наталии нет прав на престол. Она женщина! Рюриковичей мужского пола много.

И ещё больше тех, кто имеет с ними родство. Они все имеют права на престол. Без новой гражданской войны нам не захватить трон.

— Я в курсе. Кстати, чем Наталия сейчас занимается?

— Читает дневники, — ответила Ланель. И дождавшись одобрительный жест головы от Эмери, продолжила. — Во главе Славянской империи никогда не было женщин.

— Я тоже об этом думал. Но с поддержкой Макарова мы сможем довольно быстро привести остальных к покорности.

— Снова пролить кровь? — перебив меня, серьёзным тоном спросила Эмери.

— А как ты собираешься легализовать права на престол? И главный вопрос, кто его займёт?

Я откинулся на спинку кресла. «Я даже не думал так далеко!» Это Тимофей после окончания войны должен был стать регентом сына, и находясь подле сына, направлять его нужным курсом.

Обведя женщин взглядом, я открыл связь и почувствовал недовольство Аяны. Это значило, что весь этот разговор ей не нравится. Однако она здесь. Что говорило о том, что её смогли убедить… в чём?

— Вы же не серьёзно? — сообразил я.