а где твои клыки? — прошептала я, не открывая глаз и не пытаясь встать с постели, ощущая, как лежу на его мощном твердом плече, и думая о том, что пусть весь мир остановится и подождет, пока я в его руках, впервые такая податливая и смирная, что, кажется это понял даже Янтарь, не шевелясь и дыша глубоко, но урывками.

Лишь на одно я надеялась, думая, что должна же быть в этом мире хоть какая-то справедливость, что фраза «мама Зои» относилась к ним обоим.

Я уставилась на него, оторопев и медленно моргнув, видя, как великан похлопал свободной ладонью по месту рядом с собой, приглашая прилечь под его горячий золотистый бок, где будет тепло и уютно.

Не знаю почему я улыбнулась мечтательно и наверное очень глупо. видя буквально перед собой прекрасную девушку с необычной внешностью — хрупкую и нежную, с прямыми иссеня-черными волосами, золотистой кожей и глазами цвета янтаря. которая приручила зверя одним лишь касанием, став его женой и возлюбленной.

Гори оно все синим пламенем!

Судя по хохоту за моей спиной, на добро я надеялась совершенно зря!

Я могла обмануть себя, придумать сотню причин, по которым должна убежать от него, и еще сотню, как прогнать его, но правда была в том, что он чувствовал все то, что я тщательно скрывала внутри себя.

— Ты еще сама не понимаешь, клубничка — прошептал Янтарь, прижимая меня сильнее к своему большому возбужденному телу и сжимая пальцы так, что становилось даже больно, — Что чувствуешь и чего хочешь, но медвежья кровь в тебе говорит сильнее слов…

— Ладно! — вдруг хмыкнул Янтарь. скорей всего не видя, как распахнулись мои глаза.

Кто бы мог подумать, что я буду рада, услышав тонкий плачь малыша из-за занавешенной двери, радостно пискнув в унисон с ним:

— Красивые глаза, — улыбнулась я, ощутив, как от тела Янтаря пошел жар, который разносился по моей коже гусиной кожей, и заставлял выпасть от плена сонной неги в реальность, где я лежала рядом с ним на одной узкой кровати, искренне наслаждаясь не только его присутствием, но и ощущением мужского тела — огромного и прекрасного.

И пока добыча сопротивлялась из последних сил, а эта ясноглазая зверюга подбиралась все ближе и ближе, красиво кружа вокруг меня и ожидая часа, когда я буду готова и подана в румяной корочке, при чем ему даже тарелка не понадобится!

Ну, вернее уже мертвого, но видно, что еще очень свежего!

— ….

— В моем роду был один Берсерк. рожденный не от медведицы, а от женщины. Она дала нам эти глаза, цвет кожи и отняла клыки на все следующие поколения.