— Когда Тиборий приехал в пустошь, наш город был просто деревней, «Приграничная» так ее называли. Там властвовали бандитские шайки, грабили простых работяг, убивали, насиловали. Группы, которые ходили в зачистки, всегда недосчитывались людей, особенно если искатель был из новеньких. Так откупались от пустоши. Оставляли одного, чтобы другие могли сбежать.

Сейчас в пустоши настоящая тишина, а в те года было жутко. Я приехала сюда с братом, родители погибли в дороге от стаи гнумов. Брат был слабый маг, но я думала, сильный внутри… но он не выдержал нашей жизни, задолжал бандитам, и его взяли в группу искателей кормом. Он знал об этом, но если корм погибает, то долги списываются, он пошел на это осознано, чтобы не трогали меня.

В то время я проходила обучение у одного старого мага, жила у него, помогала по хозяйству, сил мне досталось больше, чем у брата, о чем я тогда сильно сожалела. Ведь будь он посильней, не дал бы себя убить. Да его бросили на съедение тварям. Долг должен был быть списанным, но… я приглянулась главарю этой банды, и меня не спрашивая, забрали за долги.

Я, не веря, слушала эту сильную магичку и не решалась посмотреть на нее. Мне даже хотелось сказать, что не нужно такое рассказывать, ей ведь больно вспомнить, я чувствую, дар, как всегда, распустил зеленые нити и передавал эмоции."

"— Это были самые страшные дни в моей жизни, о которых я не люблю вспоминать, – продолжила Сайса, — но мне повезло, в то время пришел в поселок Волк, тогда его звали Тиборий, имя еще нужно было заслужить. Он заступился за меня и сказал, что пойдет кормом один ход, чтобы отработать мой долг. В тот день я поняла, что в мире еще есть хорошие люди. Он дал мне надежду… а потом не вернулся с группой… Его оставили, когда напала стая волков. Сейчас их почти не осталось, но в те времена они были страшней гнумов, потому что умнее, хитрее и почти не боятся магии.

Я влачила свое существование, не решаясь убить себя, и ненавидела себя за слабость, за желания жить, несмотря ни на что. А потом вернулся Волк. О, это было просто эпичное возвращение. С головы до ног в засохшей крови, в шкуре огромного матерого волка, надетой, как плащ. Огромная морда заменила ему шлем. С тех пор к нему и пришло это имя — Волк. Он уничтожил всю стаю, а из шкуры вожака сделал себе защиту. Но это не все, — Сайса подняла на меня взгляд, — За ним пошли люди, он сколотил свою группу, натаскивал нас на охоту, битву, как ты понимаешь я тоже в ней была. Мы были отчаянными, сильными, вольными. Карана примкнула к нам тоже одна из первых, она слабая магичка, но очень меткая, так что была лучницей.

В то время у них с Волком была любовь, даже не так, скорее страсть, так они сбрасывали свой страх, животной страстью.