Костя уходит, немного поникнув, а Влад обходит стол и, резко развернув меня на стуле к себе, надавливает на спинку так, что я, ойкнув, отрываюсь от пола и буквально оказываюсь в лежачем положении под нависшим сверху начальником.

— Я так думаю, что еще немного и мне тебя нужно будет в застекленный бокс сажать, Цветочек, чтобы оградить от воздыхателей.

Не могу скрыть довольной улыбки, глядя на то, каким непривычным блеском горят его глаза.

— Ты впервые меня ревнуешь, Влад, — кладу ладони на покрытые щетиной щеки и мягко поглаживаю. Никогда прежде он не показывал своей ревности, хотя я конечно и поводов не давала, но все же.

— Не впервые.

— Да. Не помню, чтобы ты так рьяно кого-то от меня отгонял.

— Если ты не помнишь, Цветочек, это не значит, что подобного не происходило.

Он это серьезно?

— Ты сейчас о Тимуре?

— Тимур был одним из десятка. Ты понятия не имеешь, сколько пацанов по тебе сохло.

Вот значит как.

— Ты чертов эгоист, Шаталов!

— Я таким и остался, — Влад резко выпрямляется, отпуская спинку кресла, и я буквально лечу в него. Не успеваю опомниться, как крепкие руки дёргают меня вверх и сжимают в объятиях. — И если я говорю, что ты моя, это значит, что ты моя, и терпеть всяких фантазеров, возомнивших, что могут заполучить тебя, не собираюсь.

Улыбка сама растягивается на моем лице, пока я нежусь в неописуемом ощущении. Трусь подбородком о ткань белой рубашки, в которой ещё утром пила кофе.

— Вы жутко деспотичны, Владислав Сергеевич!

Кажется, я нашла его ахиллесову пяту. Кадык Влада дергается, и сквозь зубы вырывается хищное: — Дьявол, да! Быстро в мой кабинет, Лиля!

Глава 30

Лиля

После работы мы поехали ко мне и обнаружили там Лизку со Славой. Они, кажется, даже не удивились, увидев, как мы входим на кухню с довольными улыбками на лицах. Влад обнимал меня сзади и шептал что-то такое, от чего между ног поднималось томление, а я в этот момент смотрела в глаза племянницы и видела… нет, не осуждение, она бы не стала меня осуждать, потому что всегда и во всем поддерживала. Скорее выражение лица говорило: «Я так и знала»."

"— Кого я вижу? — рассмеялся Слава, закидывая в рот кусок французского батона. — Шеф, а не ты ли самый ярый противник отношений на работе?

— Я. Но я же сам себе этого запрещать не стану. Компания моя, что хочу, то и делаю.

— И моя тоже, — поправляет Слава без доли высокомерия.

— Ты хочешь рискнуть запретить мне? — Влад хохотнул мне в шею, пока Лизка накрывала на стол.

— Ну уж нет, я тебя таким не видел уже лет сто, так что если секс на рабочем столе действует на тебя исцеляюще, то ничего против не имею!

Мужчины рассмеялись, а мы с Лизой глаза закатили.

Поужинали в домашней атмосфере, такой теплой и окутывающей словно коконом, что даже расставаться не хотелось. Да мы и не стали.