– Уверен, что нет, – ухмыльнулся и тут же перевел взгляд с меня на дверь. Раздался продолжительный и настойчивый звонок. Словно тот, кто был по другую сторону от нее, знал, что хозяин квартиры дома.

– Это Никита, – выдохнула я испуганно, все же освобождаясь от захвата и безотчетно начиная приводить свой внешний вид в порядок. Одернула рукава толстовки, скинула капюшон и расправила его по плечам, испуганно коснулась губ, и этот жест не укрылся от взгляда Власова.

Он никак не прокомментировал мои действия, подошел к двери и распахнул ее.

– Ну наконец-то! – высокий женский голос неприятно резанул слух. – Вадим, ты не забыл, что там тебя гости ждут? – звук каблуков. – Ты настоящий везунчик. Жаль, конечно… – девушка замолкла, замечая меня. Она удивлена. – К-хм, – откашлялась, искусственно улыбнулась. – А почему на ней твоя одежда? – спросила она с собственнической интонацией.

– У нее порвалось платье, – ответила я зло, отталкивая блондинку плечом и выходя из квартиры.

Мне хотелось кричать! Выть!

Я впервые себя чувствовала настолько униженной и уничтоженной.

За спиной я слышала раздраженный голос Власова, но не вслушивалась в слова. Не хочу! Я устала от лжи! Это предел!

– Наташ, подожди, – Вадим перехватил меня у лифта.

Я дважды за день проживаю предательство. И не знаю, какое их них бьет меня сильнее.

Да, глупо сравнивать разрушенный брак и… минутное помешательство, когда я позволила себя поцеловать, но боль такая же сильная.

– Разберись в своей жизни, – огрызнулась я, выдергивая локоть и входя в кабину лифта.

– Такси ждет. Оплата спишется с моей карты, – сказал Вадим, перед тем как закрылись двери.

– А-а-а! – закричала я, выпуская эмоции и совершенно не чувствуя облегчения.

Мне хотелось кричать еще громче, чтобы слышали все-все. Внутри собиралась неприязнь к самой себе, к тому, что я почувствовала сейчас.

Стыд. Меня сжирал стыд!

Я прислонилась спиной к прохладной стене, но этого показалось мало. Затылок и виски словно стянули жгутом. Боль пульсацией нарастала.

Из лифта выходила с вернувшейся мигренью. Яркой и пульсирующей.

– Я так и знал, что он повезет тебя сюда, – Никита стоял прямо передо мной. – Поехали уже домой.

Глава 4

– Я не хочу с тобой разговаривать, – сказала я, обходя мужа.

Внутри все сжимается от обиды и страха. Теперь Никита по-настоящему пьян. Что бы он ни говорил на дне рождения Власова, тогда он был более трезв и прекрасно понимал, что происходило.

– Наташ, это же глупо, – прилетело мне в спину.

– Ничуть не глупее, чем иметь молоденькую девочку на юбилее друга, пока твоя жена корчится от боли, – хоть внутри все вибрировало от злости, а старалась говорить тихо.

– Наташа, ты куда? – он шел за мной. – Ты все рушишь.

Я закусила губу, чтобы не закричать.