Потому что если человек не упоминает имени кого-то из прошлого, то это потому что он боится в это прошлое окунуться.

Я вот не боюсь своего… Во мне хватает смелости признать, что творил хуйню и попросить прощения. Потому что ни одна победа не была полной, если она как когда-то не кидалась мне на шею с визгом.

И я надеюсь на удачу.

Мне по жизни ведь фортит.

Давно пора признать это. Несмотря на детский дом, не слишком богатую эрудицию, да и не сказать, что сказочно привлекательную внешность, мне натуральным образом везет почти во всем.

Сколько раз переступал закон, все еще на свободе. Сколько раз связывался не с теми, живой. Сколько раз попадал на бабки, я все равно при них.

А все потому что есть талант, который при должном развитии помог мне достичь вершин в нужной области. Для меня это стали машины. Еще с детства я имел к ним тайные пристрастия, изучал издалека, потом угонял, даже не умея водить. Потом устроился в парк аттракционов, где мне показали, как работают механизмы и двигатели. Потом такси, потом внезапная удача и нелегальные гонки, на которые меня привела женщина. Она была старше меня, и она, что удивительно меня хотела. За редкие, но очень бурные сцены порно в ее дорогой спальне, она стала спонсором. И той, кто раскрыл мне всю прелесть женской физиологии.

Только вот даже трахая ее я мечтал о том времени, когда смогу все эти знания применить на Сашке. Это и стало моей проблемой.  Александра Самойлова. Она давно и прочно поселилась в мозгу, а спустя время стала частью души, если уж выражаться высокопарно.

Если раньше мне хотелось просто выживать, то ради нее мне захотелось достичь успеха. Встать на равных с Алексом, который подбивал под нее клинья.

Мне всегда хотелось самого лучшего для нее, что приводило к плотской дружбе, от которой был затерт в кровь член, к аварии, из-за которой попал на бабки, когда не выдержал и выказал ревность. А потом это привело к поступку, за который она меня вряд ли когда-нибудь простит. Я взял то, что мне по сути мне не принадлежало, напоил, поимел, довел до оргазма, сказал, что люблю, а на утро ушел.

Я сам мало понял из своей речи о том, что она обуза в моей жизни, но понял главное. Она поверила и приняла. Истерично. Чисто по женски. С криками, от которых могут лопнуть перепонки. Но приняла.

Так же приняла, когда мать забрала Митю ее брата, сказав, что взрослая красивая дочь ей не нужна. Приняла отношения с мужиком, которого не любила, потому что он подарил ей ощущение стабильности.

Только вот она еще не понимает, что в этой стабильности можно сдохнуть со скуки. Закопаться в раковине, в которую сама села и потом жалеть, как бездарно прожила жизнь.

Я не знаю, как сложился бы этот год, останься я с Сашей. Скорее всего сел бы в тюрьму за очередное глупое преступление, а мне свезло.