Он достаточно напитался страхом и чувством безысходности ведьмы и, словно хищник в засаде, наблюдал за старой волчицей. Теперь Балаам полностью разделял чувства Александра к этой женщине. Красивой внешне и с темной душой. На фоне своей пары она смотрелась, чем-то испорченным и злым.

— Я не могу поверить, что сын нас изгнал! — слова звучали с вызовом, надрывно, так, словно Елена играла на публику, но кроме них с Максом на пляже никого не было. — Изгнал! И из-за кого?.. — она стояла над мужчиной, распределяя тонким слоем крем по белоснежной коже предплечья.

— Из-за Ксении, — отозвался спокойно Макс, расстилая покрывало.

— Из-за, демона, — лицо волчицы вспыхнуло от гнева. — Из-за демона, — ее руки замерли.

— Нет, Елена, из-за тебя, — мужчина сел на белоснежный песок, прикрыл ладонью глаза и подняла голову на свою истинную. — В этот раз ты перешла все границы, — говорил нарочито спокойно, отчего старая волчица готова была топать ногами и верещать, лишь бы доказать обратное.

— Это не так! — она сжала пластиковый тюбик. — Я забочусь о нашей семье, Максимилиан, о наших детях, — стряхнула с пальцев случайно выдавленный крем. — Вначале эта дружба с вампирами, теперь… демоны. До чего еще опустится наш клан.

— Не хочу слушать. Ты лишила свою кровь — нашу внучку пары. Девочка будет обречена жить одна. По твоей вине.

— Это не так и плохо, многие живут до конца своих дней так и не обретя пару, — Елена подошла ближе и нависла над мужчиной. — Но нас изгнали…

— Тебя, Елена. Тебя, — в голосе оборотня слышалось раздражение. — Помолчи, — откинулся на спину. — В ближайшее время я не хочу с тобой разговаривать.

— Это манипуляция, Максимилиан!

— Наш сын был на удивление мягок к тебе, Елена.

Оборотень шумно выдохнул и закрылся локтем от лучей солнца.

— Максимилиан! — повторила волчица с нажимом. — Макс! — но гневный выкрик не оказал никакого результата. Она раздраженно швырнула крем, обдавая мужчину колким песком: — Я сама не желаю больше с тобой разговаривать, до того момента, пока ты не попросишь прощения, — отчеканила в ультимативной форме.

И никакой реакции, словно старая волчица разговаривает с пустотой.

— Я завидую твоей выдержке, оборотень, — Балаам решил, что пришло время вступить в диалог. — Удивительное терпение. Работа с психологом или природный дар? — демон проявился. Сделал шаг и провалился в песок. — Я так туфли испорчу, — раскрыл крылья, поднялся в воздух. — Добрый день, — щурился на жарком солнце.

Принц Преисподней знал, как инородно и пугающе сейчас выглядит. В черной одежде, с распахнутыми темными крыльями, обрисованный алыми языками пламени на фоне белоснежного песка и лазурной глади воды.

— Отдыхаешь? — он обращался только к Елене, игнорируя встревоженного оборотня.