– Полагаю ты рассказала о нем Марку?

– Да, рассказала, – приподняла подбородок, готовясь защищаться от новых нападок Суворова, но он не спешил, медленно и методично втыкая мне под ногти ментальные иголки упреков.

– Ты сделала аборт?

– Нет, не сделала! – огрызнулась, машинально стискивая букеты как щит. Карие глаза сверкнули недобрым блеском. Суворов шагнул ко мне, я машинально отступила, прилагая неимоверные усилия чтобы не выдать мандража, завладевшего всем телом. – Помнится я просила тебя ко мне не приближаться, так в чем дело?

Суворов стиснул челюсть и уже готов был ответить мне не менее резко, но двери холла распахнулись и с улицы вошел отец Даши в сопровождении Иваныча.

– Ну что, все в сборе? – Суворов-старший глянул на разъяренных нас, но сделал вид, что ничего из ряда вон не случилось, спасибо ему за проницательность.

Из соседних дверей вышел Марк и помаячил нам, чтобы шли за ним, я повернулась к Пашке, одними глазами предостерегая его от незапланированных взрывов темперамента, и тот удержал мой взгляд на секунду, а потом отвернулся и шагнул в сторону коридора."

"Я последовала за остальными, но разъедающее душу чувство только усиливалось. Разговор не окончен. Просто наступил тайм-аут.

Глава 24

Выписка Кремлёвых получилась очень насыщенной.

Нас проводили в комнату, где одна стена была оформлена как фон для фотосессий: вылепленная арка, выкрашенная в нежно голубой, на ней резные цветы постельных оттенков. Стена напротив сплошь из широких окон, отчего приятный дневной свет преображал обстановку вокруг и создавал идеальную атмосферу, одна из боковых стен зеркальная, а в ее конце дверь, откуда и вышла Даша Кремлёва.

Кажется по документам она все еще Суворова, я не уверена, потому что большой свадьбы у них не было, они либо тайно поженились, либо отложили оформление отношений пока Даша не родит. Но я все равно упорно продолжала величать ее Кремлёва.

Первое и удивительное открытие, которое я совершила: Марк очень чувствительный, оказывается. Когда Даша вышла к нам, все встречали ее улыбками и счастливым ожиданием на лицах, и только Марк без слов шагнул к жене и сгреб ее в объятия закрывая от мира своей широкой спиной. Дашка всхлипнула, Марк сжал ее как хрустальную и поцеловал так нежно что даже мне стало немного не по себе от того, что нарушаю такой момент идиллии. Из комнаты красноречиво покашляли и медсестра, держащая в руках малыша, рявкнула с улыбкой.

– Ребенка-то не забудьте, папаша!

Все рассмеялись, и Марк был вынужден выпустить жену из объятий и повернуться к медсестре, держащей сверток с нежно голубой лентой. И вот тут-то я и пришла к первому выводу. Марк смущенно моргнул и ему понадобилась лишняя минута, чтобы взять себя в руки, прежде чем забрать сына у медсестры.