Не от того, что мне нечего было сказать, а просто, кажется, онемела от тех чувств, что бурлили во мне. Линтар сглотнул, качнулся ко мне, словно хотел схватить, но не стал и снова замер, всматриваясь в глаза. И смотрел при этом так растерянно, что мне захотелось одновременно и плакать и смеяться. Все же растерянность и этот просительный тон не так вязались с огненным арманцем…

– Ева, скажи хоть что-нибудь!

– Я никогда не видела летающих статуй, – пискнула я. Линтар склонил голову, рассматривая меня.

– Так что ты мне ответишь, дикарка? – Его шепот светился солнечным лучом и мягко обнимал лунным светом. Я чуть шевельнулась, совсем забыв про свой альбом, и он вывалился из-под моего локтя. Ойкнув, я присела одновременно с арманцем и замерла, чувствуя, как лицо заливает краска. Потому что мои рисунки разлетелись по каменной брусчатке и с десятков листов смотрело одно лицо. А оригинал застыл, рассматривая свои многочисленные портреты.

Очень медленно Линтар поднял на меня взгляд и потянул к себе. Его губы застыли около моих губ.

– Это значит «да»? – шепнул он.

– Да…

И он меня поцеловал. И, растворившись в его руках, в его ласке и огне, я не видела, как одна обернувшаяся драконица отгоняет от нас крылатых стражей и придворных, гневно ворча и фыркая. Те пытались сопротивляться, но, конечно, тщетно…

Эпилог

– Эй, ты снова там уснула, энке?

– Не называй меня так, – разозлилась Лория и стукнула братца по вихрастой голове.

– Энке, энке, – заорал Рэн.

– Я не энке! – завопила девочка и понеслась за убегающим мальчишкой, колотя его по спине альбомом для рисования. Тот уворачивался, хохоча, а потом убегать ему надоело, и он, развернувшись, стукнул сестричку по рыжей макушке.

Я встала с кресла-качалки и решительно направилась к расшалившимся деткам.

– Я не энке! – орала Лория, повалив брата и пытаясь стукнуть его лбом об землю.

– Ты дикая вирххарка! – обзывался Рэн.

– Прекратите немедленно! – возмутилась я. – Лория, слезь с него!

Дочь сделала вид, что не услышала, продолжая возить Рэна лицом по траве. И тут… Руки мальчишки на глазах стали увеличиваться, когти отрастать и чернеть, а на спине рубашку разорвали шипы.

– Ах, ты так! – разошлась Лория и выгнулась, обращаясь.

Я рванула в сторону, потому что два маленьких обратившихся дракончика вполне могли зашибить ненароком свою мамочку."

"– Линтар! – заорала я, опрометью кидаясь к дому. Муж выбежал из дверей и прыгнул, обращаясь в полете. За девять лет я так и не привыкла к этому зрелищу и снова впала в ступор, наблюдая превращение. Черный дракон осторожно отодвинул меня в сторону и подлетел к детям. Рыкнул, клацнул зубами, растаскивая их. Лория и Рэн мигом успокоились и прижались к земле, как напроказившие щенки, испуганно молотя хвостами и поднимая клубы пыли.